— Мне нужно, чтобы мой лейтенант был свободен. Надеюсь, вы хотите того же.

— Он убежит, — сказала Сюзанна.

— Из Бастилии? Бежать можно отовсюду, но не оттуда. Да там одни стены имеют двадцать футов толщины.

— Для воли нет ничего невозможного.

— Если этому помогает время. Вы разве не знаете нашего государства? Да здесь сидят шпион на шпионе, и стоит кому-нибудь сбежать, его немедленно перехватят. Нужно просидеть до седых волос, чтобы тебя не узнали, а тогда бежать. Вы хотите подождать, мадам?

— Что же делать?

— Нужен приказ министра об освобождении.

— Но к Лувуа даже не подступиться! — вскричали обе дамы.

— Попытаемся, — ответил Ладерут. — Видите ли, есть ведь ещё и маленькая Бастилия, но в провинции. Нужен лишь приказ о переезде туда. Остальное — за мной.

— О чем ты говоришь, поясни, — произнесла Сюзанна.

— Вот мой замысел. У меня есть друг, капрал Гриппар. Он командует несколькими старыми саперами, готовыми ко всему. Не забывайте также о бешеном ирландце. Вот команда, которая нанесет удар…Понятно?

— Но это же целое сражение! — воскликнула Женевьева.

— Мадам, если пуля захочет, чудо случится.

— Хорошо, — сказала Сюзанна, — я добуду приказ. Готовьтесь.

— Но нужно золото.

— Вот мои изумруды, — произнесла герцогиня.

— Прекрасно! Эти маленькие камешки делают большие дела. Пошлите лейтенанту записку, чтобы он притворялся больным. Будет легче добиться такого приказа.

В тот же день Бель-Роз получил такую записку от Сюзанны, а сама она пошла к Лувуа.

— Странно, вы опять здесь, — сказал он, увидев её входящей в его кабинет. — Ведь я, кажется, уже отказал в освобождении вашего протеже.

— Однако я пришла, будучи уверенной в вашем великодушии.

— О чем вы?

— О приказе об освобождении по состоянию здоровья или, по крайней мере, об облегчении его содержания ввиду плохого состояния здоровья.

— Он болен?

— Вы приказом обусловите ответ на этот вопрос.

— А почему вы так хлопочете за него?

— Я его невеста, — покраснев, ответила Сюзанна.

— Тогда ваше желание должно быть исполнено, — сказал Лувуа и быстро написал приказ, который тут же передал на исполнение вошедшему секретарю.

— Это все, что я могу. Он переводится в крепость Шалон. — И Лувуа поднялся с места.

Итак, приказ был на руках у Сюзанны. Тем временем Ладерут провел нужную подготовку, пользуясь средствами, предоставленными мадам Шатофор.

Через сутки ночью в камеру Бель-Роза пришел офицер и приказал ему подготовиться к немедленному переезду в Шалон. Вышедшего из камеры Бель-Роза окружила охрана. Среди солдат оказался его старый знакомый, экс-канонир Бультор. Он приветствовал Бель-Роза с усмешкой:

— По-моему, мы квиты. Я победил.

Бель-Роз не ответил ему, но, подняв глаза, увидел на лошади в качестве форейтора не кого-нибудь, а самого Ладерута, прикрывающего лицо. Бель-Роз едва сдержался от возгласа удивления.

— Ну вот, начинается вторая часть представления, — произнес Бультор. — Я побеждаю вторично.

Ладерут щелкнул кнутом.

— Эй, приятель, — сказал он унтер-офицеру, севшему рядом с Бель-Розом, — дорога плохая, будет тряска, так что держись за ремни.

— Вздор, — возразил мрачно унтер, — дорога, что паркет, и целый месяц ни капли дождя.