Ну а в том месте его могут и не захотеть отпускать.

В общем, она отказалась, они пошли прогуляться, и Кирилл просто покормил ее любимой мороженкой «Максибон» с печеньем. А теперь, под приветливыми звездами, в горле почему-то встал предательский ком. Как много вокруг взрывов и катаклизмов. Как мало остается простого человеческого сияния.

– Девушка… можно с вами познакомиться?

Сашу вырвали из мыслей, она вздрогнула и даже решила, что ухитрилась задремать. Ей ведь почудилось, будто это произнес тот же Голос, но ближе, будто его обладатель стоял рядом. Саша обернулась. Ей нахально улыбался Миро. Он и впрямь стоял за спиной и вдобавок держал горшок с каким-то маленьким, мохнатым лиловым цветком.

– Ты что тут делаешь? – растерянно выпалила Саша. Кто-то тут же на нее зашикал.

Как ни в чем не бывало садясь рядом по-турецки, Миро пояснил:

– Ой, да лекцию веду! Как обычно. Точнее, сегодня записал заранее, хотел…

– Ш-ш-ш! – продолжили возмущаться гости.

Миро совсем понизил голос и даже голову втянул в плечи, наклоняясь к Сашиному уху:

– …увидеть тебя. Вот.

Саша все еще ничего не понимала; зачем-то она даже пощупала траву. Точно настоящая? Вроде. Да только настоящая или нет, трава не гарантировала, что Саше не снится сон, где смешались все последние события ее жизни.

– Держи. – Миро торжественно вручил ей горшок. – Это кошачьи лапки. Бесполезный факт, но название забавное. Если кошки у тебя нет, хоть лапки будут.

Саша тупо смотрела на цветок, пытаясь собрать в кучку разбегающиеся мысли. Но последние слова глубоко ее возмутили и заставили сердито шикнуть:

– Лапки отдельно от кошки? Да ты точно чокнутый! И нет, у меня есть…

– Ш-ш-ш! – зашипели рядом сразу несколько рассерженных гусей.

Саша прикусила язык: надменный толстопопый сибиряк Турич явно не заслуживал, чтобы из-за него ее побивали камнями возмущенные граждане. Не говоря уже о том, что куда больше странного подарка Сашу сейчас волновали другие вещи.

Например, то, как Миро рассмеялся над гусиным шипением, поднял голову к небу и вдруг враз посерьезнел, сосредоточился. Он слушал собственный голос – с задумчивостью ученого, наблюдающего эксперимент.

– В зависимости от массы звезд их взаимодействие более или менее тесное. Да-да, толстяки, то есть звезды-гиганты, общительнее.

– Так это был ты, – пробормотала Саша. – Все лекции твои?

Миро кивнул, по-прежнему глядя вверх.

– Их веду я, с самого открытия планетария. Семейное дело. Его построил…

– Твой отец? – ну наконец-то до Саши дошло и это.

– Да. – На лице Миро промелькнуло удивление. – Слышала что-то?

Саша помнила первый разговор с администратором – про умершего политика. Теперь она удивлялась, что не подумала о странном совпадении при знакомстве с астрономом-водолазом. Что не узнала хорошо поставленный голос, хотя динамики его, конечно, искажали. Значит, этот чудик и был тем самым сыном, который принял дела, да еще читал лекции и… блин. Он ведь еще как-то пересекся с Никой. Нет, не как-то.

– Мне говорили, он был замечательным, – Саша натянуто улыбнулась.

«А моя подруга эксгумировала его труп. Добро пожаловать в мою жизнь». Стоило ли сказать об этом?

– Да. Он…

– Молодые люди! – пробормотала рядом многодетная мама. – Можно как-то побольше уважения к лектору, даже мои тихо сидят! – Она обвела гордым взглядом свой симпатичный выводок из трех светловолосых шестилеток.