Страсть к экономии, неизбежная в условиях недостатка финансов, порой доходила у них до маразма, а главной жертвой всегда становилось Главное интендантское управление. Если оружие и боеприпасы в условиях войны были, как говорится, хлебом насущным, да и великие князья, возглавлявшие артиллерийский и инженерный главки, могли при случае оказать давление на Военный совет, то интендантское снабжение кое-кто считал делом второстепенным, а генерал-лейтенант Ф.Я. Ростовский не обладал таким влиянием, как Михаил Николаевич и Петр Николаевич Романовы.

Военный совет не раз затягивал рассмотрение представлений интендантства и урезал даже в конце войны количество заготовляемого для армии имущества. Приведем примеры. В октябре — ноябре 1904 г. и.о. главного полевого интенданта действующей армии К.П. Губер долго слал в Военное министерство телеграммы с просьбами о срочной высылке табака для нижних чинов, не получая на них никакого ответа. В данном случае нельзя обвинить Ф.Я. Ростовского в бездеятельности, поскольку представление о закупке табака он внес в Военный совет еще 8 ноября 1904 г. Между тем заседание. Военного совета по этому вопросу состоялось лишь через месяц — 9 декабря 1904 г..

Или другой пример. В начале 1905 г. командование действующей армии вновь потребовало непромокаемые накидки для летней кампании (на сей раз имелись в виду накидки нового образца, поскольку те, что были высланы в 1904 г., оказались малопригодны). Всего просили 1 млн. 100 тыс. штук, т. е. накидки должны были заготовляться в том же количестве, что и летняя одежда, на значительно возросшую по сравнению с началом войны действующую армию. В целях экономии Военный совет «дал добро» на 800 тыс. накидок по «наидешевейшей цене». (Кстати, по этой цене удалось заказать только 528 тыс. штук.)

Немалый вред делу снабжения армии приносила неудовлетворительная организация интендантского ведомства Российской империи. Его штатный состав, несмотря на некоторое увеличение накануне и во время войны, все же был недостаточен по сравнению с интендантствами развитых капиталистических стран. Во время войны резко вырос объем работы центрального и местных органов, однако закон не предусматривал увеличения во время войны их персонала, а напротив, признавал возможным уменьшать его, посылая людей в действующую армию.

В 1904–1905 гг. на Дальний Восток и в Сибирский военный округ были командированы 234 интендантских чиновника, в том числе 14 из Главного управления. (Для справки: во время войны персонал Главного интендантского управления был увеличен на 7 классных и 12 нижних чинов, т. е. всего на 19 человек. Если учесть, что на Дальний Восток отправили 14 человек, то получается: фактически во время войны число сотрудников управления возросло лишь на 5 человек, чего было явно недостаточно в условиях во много раз увеличившегося объема работ.) Из-за нехватки кадров Главное интендантское управление оказалось неспособно оперативно справляться даже с текущей управленческой работой. Были случаи, когда Военный совет выносил управлению порицания за чрезмерную медлительность при разработке вопросов снабжения.

Поэтому оно было вынуждено обратиться за помощью к другим государственным учреждениям. На помощь интендантству были привлечены органы Министерства внутренних дел, Министерства финансов, Министерства земледелия и государственных имуществ, а также предводители дворянства и земские деятели. Министерство земледелия и государственных имуществ заготовляло для Маньчжурской армии убойный скот, мороженое мясо, солонину, сало, масло, помогало разведению огородов в Маньчжурии. МВД помогло овсом. Министерство финансов заготовляло спирт, а особые уполномоченные от дворянства и земства — муку и овес.