Изменить размер шрифта - +
Милава даже не обернулась на его голос, но и руки его не выпустила из своей горячей ладони. Ладомиру почудился чей-то шёпот за спиной, он оглянулся, но ничего не увидел кроме шелестящих завес. А между тем, шёпот становился всё отчетливее, ему даже показалось, что он вот-вот начнёт разбирать и отдельные слова чужого нескончаемого разговора. Впрочем, это, кажется, был не разговор, а пение. Пение, под которое хорошо водить хороводы. Говорят, что именно так развлекаются в лунные ночи вилы, вбирая в свой круг неосторожных, вздумавших поразвлечься с ними невинной забавой.

На миг Ладомиру даже показалось, что он увидел этот хоровод, и тут же послышался горячий шёпот Милавы:

- Закрой глаза, а то пропадёшь.

И такая убеждённость была в этом голосе, что он подчинился. Милаве Ладомир в эту минуту доверял, неведомо почему, просто знал, что не обманет. Хотя не было у него сейчас сомнений в том, что вводит она его в хоровод лесных вил, от которого простому смертному лучше держаться подальше. И ещё бедро чьё-то почувствовал Ладомир, но не горячее Милавино, а холодное и гладкое, словно омытый росой поутру камень. Но он не усомнился, что бедро это женское. Глаз Ладомир не открыл, а просто пошёл по тому же кругу, что и державшая его за руну Милава. Сколько они так ходили, Ладомир не помнил, потерял счёт времени, внимая завораживающим голосам, пока жадные Милавины ласки не вернули его к действительности. Впрочем, эта действительность была не менее сладкой, чем дрёма. Глаза он открыл, чтобы увидеть тело Милавы и её искажённое страстью лицо.

В лесное озеро Ладомир идти не хотел, уж слишком тёмным и глубоким оно ему показалось. Милава-то от лунного света совсем без ума, чего доброго и сама уйдёт на дно и его утянет.

- Там сила, Ладомир, и этой силы тебе хватит на долгую, долгую жизнь.

Милава вырвала руку из его ладони, и пошла, рассыпав по спине густые волосы. Уже чуть не по бёдра была она в воде, когда он кинулся за ней следом. А зачем кинулся и сам не знал. Но ни страха, ни даже опаски он не чувствовал сейчас, хотя Милава не удержалась и утянула его за собой под воду. Сколько они там пробыли под водой, он не запомнил, но под лунный свет вынырнули.

- Пошёл всё-таки, - вдруг засмеялась Милава. - А кабы на моём месте была другая вила?

- За другой бы не пошёл, - обиделся Ладомир и резко повернул к берегу.

Милава ещё некоторое время плескалась в воде, то и дело пропадая с его глаз. И тогда у него замирало сердце - вдруг уйдёт? Но она не только вынырнула, но и выбралась на берег, требуя своё, в чём ни женщинам, ни вилам в такую ночь отказывать не принято.

- Ты от кого узнала про это озеро?

- Про это озеро никто не знает кроме меня, - Милава приподнялась на локте и кинула свои влажные волосы ему на грудь. - И дороги сюда не найдёт никто.

Ладомир ей поверил. Не первый раз он в этих местах, а про лесное озеро да ещё расположенное столь близко от города ничего не слышал.

- Назад тоже пойдём через хоровод? - на всякий случай спросил он.

- Я тебя выведу, - пообещала она и счастливо засмеялась. - Не заблудимся.

И шли они недолго, и глаз не закрывал Ладомир, но если бы кто попросил его показать к озеру дорогу, то вряд ли он её сумел бы отыскать. На том берегу костры горели чуть не до неба. Перебравшись через тёмную речную гладь, Ладомир с Милавой ещё и сквозь огонь прыгнули, без всякого ущерба для своих тел. А потом включились в огромный хоровод мужичин и женщин, у которого не было ни конца, ни края, и кружиться этот хоровод должен целую вечность, пока не закончится жизнь на земле.

 

Глава 14

Изяслав

 

Незадача боярина Глота на пути из Новгорода в Киев сильно огорчила Великого князя. Ещё больше огорчил его разгром Бориславовой дружины в радимицких землях, учинённый Белыми Волками. В таком гневе новгородец князя ещё не видел. И не то чтобы Владимир близко к сердцу принял беду Глота, а уж скорее измена воеводы Ладомира заставила его зашипеть в ярости.

Быстрый переход