Первым делом решено было выгрузить на берег самого южного континента животных. Команда "Терра Новы", измученная многодневной качкой во время поисков подходящего места для причаливания, с трудом вытащила на палубу большую деревянную клеть, а Лоуренс Отс, взяв в помощники русских конюхов и троих матросов, отправился к загонам для пони. Сначала решено было вывести и загнать в клетку самого спокойного из них — крупного пони с пышной гривой по кличке Скучный Уилли, который доставлял своим хозяевам меньше всего хлопот. Однако их расчеты не оправдались: всегда тихий и как будто бы сонный пони, выйдя на палубу и почувствовав свежий морозный воздух, полный незнакомых ему запахов, то ли испугался, то ли, наоборот, обрадовался, что его заточению в стойле настал конец, и мгновенно стряхнул с себя свое обычное оцепенение. Он затряс головой, звонко заржал и дернулся к краю палубы, словно желая рассмотреть, куда его, в конце концов, привезли. Отс и его помощники потянули пони в другую сторону, но Уилли принялся упираться и недовольно фыркать, щелкая крупными бледно-желтыми зубами. К клетке его тащили шестеро путешественников: трое тянули "самого смирного пони" за уздечку, а еще трое подталкивали его сзади, рискуя стать мишенью для его копыт. К счастью, Уилли не лягался — он вообще отказывался шевелить ногами, и основную часть пути к клетке его двигали по палубе, как какой-нибудь тяжелый ящик.

— Дмитрий, вы для нас точно пони закупили? По-моему, вас обманули и подсунули вам осла! — подшучивали матросы над русским специалистом по лошадям. Тот, плохо понимая английский язык, на всякий случай робко улыбался товарищам — вдруг они недовольны тем, что пони, за которых он отвечает, отказываются его слушаться?

Все же общими усилиями Скучный Уилли был водворен в клетку, и ее начали медленно спускать с борта корабля на белоснежную поверхность ледника. Пони нервно ржал и пытался забиться в угол, но когда пол клетки коснулся земли, успокоился и даже попытался просунуть морду между ее прутьями, с любопытством глядя на белую равнину, так не похожую на крутые горы его родины. Другие матросы, заранее сошедшие на берег, отперли клеть и вывели пленника наружу — на этот раз Уилли не сопротивлялся и сам охотно вышел на снег, продолжая удивленно смотреть вокруг и нюхать ледяной воздух.

— Отпустите его, пусть на воле побегает! — крикнул с борта Отс. Матросы послушно выполнили его указание, и Скучный Уилли, впервые в жизни предоставленный самому себе, неуверенно зашагал по снежному насту. Лоуренс убедился, что пони ведет себя спокойно, и поспешил к стойлам — заманивать в клетку следующего четвероногого путешественника.

Дальнейшая работа по выгрузке пони растянулась на полдня. Скучный Уилли, как и ожидал Отс, оказался самым тихим и послушным среди лошадей: остальные шестнадцать пони сопротивлялись еще сильнее, чем он. Они вырывались из рук матросов и конюхов, брыкались и старались укусить тех, кто держал их за уздечки, падали на палубу и резко вскакивали на ноги, стряхивая с себя людей, они упирались, когда их затаскивали в клетку и когда, уже на берегу, их пытались вывести из них — словом, казалось, что пони поставили перед собой цель как можно больше мешать полярникам и с блеском ее добились. Особенно отличился самый крупный и сильный пони, которого звали Кристофер. Его путешественники помнили еще по посадке на корабль: уже тогда этот пони показал всем свой крутой нрав и нежелание подчиняться кому бы то ни было. Отс, впрочем, заверил тогда Скотта и остальных, что за время путешествия сумеет приручить и выдрессировать Кристофера, но на борту "Терра Новы" ему это не удалось. Правда, в тесном стойле, где не было никакой возможности кого-нибудь лягнуть, Кристофер вел себя относительно спокойно, но как только буяна вывели на свободное пространство, его нелюбовь к послушанию тут же снова дала себя знать.