Она-то чувствовала и то и другое, но и то и другое ненавидела. Потому что «навсегда» — это очень долгое время, и порой случается, что тебе что-то станет поперек дороги.

Глава 8

— Времени прошло достаточно. Нужно сказать Софи. — От волнения Патриция, которая вышагивала рядом с мужем по его кабинету, наморщила свой гладкий лоб. В приглушенном свете свечей блестели ее темные волосы, уложенные в причудливую прическу. Было поздно, прием закончился, гости разъехались по домам. Но Патриция еще не сняла свое мерцающее платье и выглядела все так же ослепительно.

— Знаешь, милая, — произнес Конрад, — я несколько раз говорил с Грейсоном. Но я не могу заставить его. Придется подождать, когда он сам захочет сделать это. А он захочет. Я уверен. Кроме того, у нас еще есть время. Она всего лишь неделю прожила здесь. Приходится признать, что события не могут развиваться с такой быстротой, какой я от них ожидал.

— Этого и не могло быть, как мне кажется. За несколько дней ей удалось привлечь к себе внимание всех самых известных мужчин Бостона. Я и рассказать тебе не могу, сколько человек сегодня вечером просили меня представить их ей. Я, конечно, не соглашалась, — презрительно добавила она, — и обратила ее внимание только на Найлза Прескотта.

При упоминании об этом человеке Конрад насторожился и подумал о своей первой жене. Он вообще не хотел приглашать его. Зачем бередить старые раны? Но Патриция не оставила ему выбора.

— А знаешь, что сделала твоя дочь? Хватило же наглости! — Конрад вздохнул.

— Она отвергла предложение выступить в концертном зале! Господи, да она же ездит по всему свету с концертами, а вот в своем родном городе играть, видите ли, не желает! — Ее холодные глаза вспыхнули злобой. — Ведь именно бостонцы помогли ей стать музыкантом, а не голодная свора обедневших крестьянских семей, называющих себя европейскими королевскими домами!

— По правде говоря, талант Софи выпестовала ее мать, а не Бостон и не Европа, если уж на то пошло, — по крайней мере так было до последнего времени. Если я не ошибаюсь, ее первый концерт в Европе с треском провалился. Я пока не знаю, как ей удалось добиться успеха.

Патриция бросила на мужа нетерпеливый взгляд и снова заходила по кабинету.

— Как бы то ни было, теперь она прославилась, и Найлз сказал, что если Софи выступит, это будет главным событием года. Перед концертом следует устроить приемы. Приемы и обеды. Это будет удачный ход в глазах общества.

— Чей ход?

— Мой! — Она резко остановилась и посмотрела на мужа. — Что бы ты там ни думал насчет того, кто поддерживал Софи, она в долгу перед Бостоном, дорогой мой.

Отведя глаза, Конрад задумался о своем единственном ребенке от первой жены.

Он любил Женевьеву так, как и положено мужу. Но в последние годы она целиком посвятила себя Софи и ее музыке, и у нее не оставалось времени для мужа и для того, чтобы завести еще детей.

Спустя недолгое время после смерти Женевьевы он женился вторично. Между Конрадом и его молодой женой была значительная разница в возрасте, но это была потрясающая женщина, она пленила его, заставила почувствовать себя молодым. У них родились три красивые дочери, которые были милы и… просты в самом лучшем смысле этого слова. Слава Богу.

Софи же была какой угодно, только не простой. В детстве она жила музыкой. Став взрослой, она по-прежнему любила музыку. Но как Конрад сказал Грейсону, для нее пришло время остепениться. Будучи ее отцом, он был обязан проследить за этим — и не важно, каким способом он достигнет своей цели.

— Мне кажется, будет лучше, если она откажется от предложения Найлза, — задумчиво проговорил он.