Она видела, что на него снизошло спокойствие, как бывает с воином, готовым вступить в бой, и занервничала. Когда он злится, ей легче с ним справиться. И когда она не стоит между его ногами.

— Это и бывает в моих снах. Каждую ночь. — Он произнес это хрипловатым голосом, подействовавшим на нее возбуждающе; его пальцы скользнули выше, туда, где плечо переходит в шею. Она чувствовала его жар, который согревал ее, как костер на морозе. От него пахло луговыми травами, качающимися на ветру. И мужчиной. Мрачным, чувственным, мужественным.

— Когда мы поженимся, уж вы у меня подрожите! — Она рванулась и зажала уши руками.

— Прекратите! Я не собираюсь выходить за вас. Ни сейчас, ни вообще. Неужели вы этого не понимаете?

Он очень осторожно отвел ее руки и держал их перед собой.

— Это потому, что контракт подписали, не посоветовавшись с вами? Это вас огорчило и заставило мне противоречить?

Он обхватил пальцами ее запястья, и она была, уверена, что он чувствует, как трепещет ее пульс.

— Это только начало! — с трудом выговорила она.

— Это сделал ваш отец, а не я. Меня заставили поверить, что вы согласны.

Он был так близко, его могучее тело действовало на нее сокрушительно.

— И вы считаете, что это вас извиняет?

— Почему же нет?

— Потому что вы не сказали мне о своем обмане, когда я приехала сюда.

— Я вас не обманывал. — Он погладил чувствительную кожу на ее запястьях.

— Это вы теперь так говорите, — произнесла она, с усилием соединяя слова. — Но вам следовало бы сказать мне о помолвке сразу, как только вы поняли, что мне о ней ничего не известно.

— Я сказал вам о доме. — Он успокоился и устремил взгляд на ее пальцы. — В то время я не знал, сколько, еще новостей вы сможете выдержать.

Она с шумом втянула воздух, почувствовав в сердце знакомую тоску по своему детству, когда она жила надеждами и обещаниями.

— Милая Софи. — Доброта в его голосе была неожиданна для нее, и она опустила глаза.

— Давайте начнем сначала, — предложил он.

В ней шевельнулась надежда, и она резко подняла голову.

— Ну что ж, — вымолвила она задыхаясь. — Мы можем начать сначала и на этот раз сделать все как нужно.

— Чудесно.

Он склонился к ее руке, и когда она решила, что он поцелует ее, он перевернул ее и прижался губами к ладони. Ее как молнией пронзило.

— Вы окажете мне честь стать моей женой?

Она крепко зажмурила глаза и затаила дыхание. Его женой. Осуществилась ее детская мечта. Она хотела сказать «нет», она приказала себе сделать это. Но вместо этого выпалила неожиданно даже для себя:

— Вы меня любите?

Ее слова застали его врасплох, это было очевидно. Он выпрямился, и в его темных глазах появилось странное выражение.

— Любовь вряд ли является необходимым условием для брака, — ответил он, точно адвокат, консультирующий клиента. — Я буду относиться к вам с уважением, вы же будете находиться под защитой моего имени. Как моя жена вы будете пользоваться всеми привилегиями.

Ее разочарование было таким сильным, что у нее потемнело в глазах. Как глупо. Она ведь знала, что он так скажет.

— Мы прекрасно подойдем друг другу, — добавил он, хотя эти скупые слова, кажется, дались ему с трудом.

Они ничуть не подходят друг другу. Ведь он ничего не знает о ней.

— Нет, — обронила она и убрала руку. — Вы ничего не знаете обо мне.

Она слышала, что голос ее дрожит, но ничего не могла с этим поделать.