Какое-то время они плавали в восхитительно теплой воде, сбрасывая с себя память о безумствующем за стенами этого здания мире, как мертвую кожу. Здесь царили покой и благодать — атмосфера, которую Икуза, по-видимому, считал наиболее благоприятной для их беседы.

Нанги закрыл свой здоровый глаз и распластался у бортика, не думая ни о чем. Так и лежал на воде, не открывая глаза и не фокусируя сознание на чем-то определенном, пока не почувствовал, что Икуза готов заговорить.

И тотчас же почувствовал направленный на него, как луч лазера, взгляд и даже заморгал, будто ему было трудно выносить, когда его так пристально рассматривают. Блики от воды падали на лицо Кузунды, как на экран, в вечно изменяющемся сочетании света и тени.

Воистину это был экран, отражающий не только свет. Нанги понимал, что ему надо научиться читать это лицо, как книгу, если он хочет отстоять свои интересы на этой конференции, которая должна вот-вот начаться.

— Нанги-сан, — начал наконец Икуза — «Нами» поручила мне переговорить с Вами по вопросу необычайной важности.

— Это я уже понял из нашего телефонного разговора, — откликнулся Нанги голосом, искусно маскирующим его чувства.

— У «Нами» есть некоторая озабоченность — весьма серьезная озабоченность — тем, как Вы ведете свои дела. Лицо Нанги сохраняло непроницаемость. — Не думал, что у «Нами» появятся причины изучать положение дел на «Сато Интернэшнл».

— Два фактора вызвали необходимость этого, — пояснил Икуза. — Во-первых, Ваши связи с компанией «Тенчи». Все исследовательские программы, связанные с нефтедобычей, поддерживаются правительством, так что интерес «Нами» здесь вполне естествен.

Видя, что Икуза не очень торопится перейти ко второму фактору, Нанги опять прикрыл свой здоровый глаз и расслабился, погрузившись в задумчивость, как будто он был один в бассейне. Ему не очень понравилось начало разговора, в котором прозвучали обвинительные нотки в его адрес — правда, не вполне конкретные, что делало их тем более оскорбительными. А теперь Икуза опять преднамеренно поддевает его, не спеша высказать вторую причину, по которой «Нами» интересуется «Сато Интернэшнл».

Нанги показалось, что тактика Икузы с самого начала направлена на то, чтобы обидеть его. Чего он хочет добиться этим? Вызвано ли это желанием сразу завладеть положением, или же за этим скрывается более коварный замысел?

Однако Нанги решил не морочить себе голову этими и подобными вопросами. Главное сейчас — внимательно наблюдать за Икузой, прислушиваться к нему, стараясь уловить, что он хочет из него вытянуть. Тогда и ответы на эти вопросы придут сами собой.

— Три года назад, — наконец продолжил Икуза, — проект «Тенчи» был на волосок от того, чтобы быть скомпрометированным русскими. С тех пор производительность «Тенчи» остается значительно ниже ожидаемой.

Нанги пошевелился в воде. — Это верно. Но секреты «Тенчи» были спасены от Советов благодаря мужеству и решительности Николаса Линнера, который фактически один спас проект. Во-первых, оказалось, что шельф в районе Курильских островов оказался более твердым, чем это обычно бывает в таких местах. Наши геологи считают, что это от постоянных землетрясений в этих районах. Так что структура шельфа там совсем другая.

Затем последовала небольшая пауза. На перегородке из непрозрачного стекла играли тени. Вкупе с бликами от волн, плещущихся о бортик, они создавали впечатление абстрактного фильма, смысл которого каждый волен интерпретировать по своему собственному разумению.