|
В легких разгоралось удушливое жжение, обычное при нехватке кислорода. Чего там!.. Терять мне нечего. Превозмогая отвращение, я потянул в себя липкую и скользкую эту жижу, но теперь она не забилась в рот и нос… Каким-то непонятным ухищрением мои дыхательные органы выбирали кислород прямо из ила! Ощущения были не ахти, примерно то же, когда спускаешься в канализацию, где только что прорвалась труба и разлагаются трупы нескольких крыс в придачу. Но не в моем положении быть последовательным и строгим эстетом! Уже освоившись в этой невероятной ситуации, я перевел взгляд туда, куда вот уже, наверно, минуту указывала мне Нинка. Там, в комнате, огороженной от меня лимонным прозрачным прямоугольничком ВХОДА, уже вовсю орудовала милиция.
- Ты представь, что смотришь их по телевизору, - быстро шепнула мне племянница. - Скорее через стенку аквариума. - Аквариума? Это где рыбки? А, ну да, похоже. Ой, Макарка! Смотри, смотри, Макарка!.. Ему больно, да? - Да уж не очень приятно… - глядя во все глаза, выговорил я. - Ччеррррт!!! Макарке Телятникову в самом деле приходилось не сладко. Его сразу же повалили на пол носом вниз и скрутили руки за спиной. Обыскали. Оперативников было трое: низенький краснолицый тип, которого величали «товарищем капитаном» - он был в штатском, - и двое старших сержантов (если не ошибаюсь в погонах). Эти - то ли братья, то ли из одного зоопарка: здоровенные парни с одинаковыми лицами, одинаковыми фигурами и одинаковой манерой поведения. Наверно, именно про таких сотрудников милиции придумали анекдот про разделение труда. Это когда один напарник умеет писать, а второй - читать. Старшие сержанты упруго передвигались по гостиной, вот один уже направился на кухню, а второй ввалился в Нинкину комнату и. верно признав в огромном плюшевом зайце опасного уголовного преступника, ловким приемом повалил его на пол. И пнул вдогонку. - Та-ак, - выудив из кармана Макарки его паспорт, протянул капитан, - Телятников Макар Анатольевич. Прописан совсем не здесь. Отчего находитесь не по месту прописки? - А что я там, у родителей законсервироваться должен? - огрызнулся Макарка. - Никуда не выходить? - Отвечать только на вопросы! - Пришел в гости. Ну вы же сами знаете. - На вопросы!.. - Пришел в гости к Илье Винниченко. Дней восемь или десять назад. И до сих пор не ушел. В данный момент проживаю у него. Вторую неделю. Вследствие проблем с родителями. Законом не запрещено. Дверь открыл своим ключом, снял копию с ключа хозяина квартиры, - угрюмым протокольным языком принялся отвечать Телятников, поняв, что играть в молчанку себе дороже… - Так. Уже лучше. Симчук, Косорезов, что-нибудь есть? - Никого в квартире больше не обнаружено, товарищ капитан, - доложили бравые старшие сержанты. Тут же в комнату выдвинулась неизменная тетя Глаша, куда же без нее, и доложила: - А вся обувка его тута, три пары, я считала. Прячется где-то, вы поищите, сынки! «Вот сволочь, - подумал я с холодным бешенством, - а ведь в самом деле три пары туфель на весну-осень у меня. И когда сосчитать успела? Надо, кстати, на досуге спросить у нее, куда делись мои семейные трусы в эротический белый горошек, может, она и моему нижнему белью учет каким-то образом ведет!» - Тэк-с, - сказал капитан. - А известно ли тебе, Телятников, что твой друг подозревается в убийстве? - Н-нет. - А видел ли ты его сегодня? - Да. |
