— Тогда что же мы тут торчим, что делаем все это время? — спросил он.

— Лично я повзрослел, — сказал я. — Мне кажется, что мы все немного повзрослели. Вот у тебя, допустим, есть мечта, но ты сам еще не готов, чтобы начать ее осуществлять. Нужно повзрослеть, чтобы с ней встретиться. Я все об этом думал по ночам или в пути: и когда мы двигались сюда, и сейчас — со стадом. Вначале я думал только о судьбе нашего поселка, а потом постепенно стал себя спрашивать — а вдруг этот поселок для нас всего лишь первая ступень, такое место, где нам просто надлежит пожить некоторое время, чтобы подрасти.

— Ну, — сказал Джон Сэмпсон, — я и так был большим мальчиком. Но тут и я изменился. Кажется, никогда для меня жизнь не станет теперь такой же простой, как прежде.

Мы пили кофе, поглядывая вниз, на улицу и на людей.

— Кажется, нам пора в город, — сказал я. — Сюда идет Рут Макен.

Они с Будом оделись по-воскресному. На Джоне был его старый черный костюм, Каин натянул новый комбинезон, начистил сапоги и надел шляпу. В шляпе я его давно не видел, ведь он работал с непокрытой головой, а работал он всегда.

Крофт встал и взял свою шляпу.

— Мери нас нагонит.

Встал и Нили. Прежде он все больше молчал, а теперь сказал:

— Если бы там был Уэбб. На него вся надежда.

— И на Этана, — сказал я.

— А меня вы забыли? — спросил Дрейк Морелл. — Здорово, что ты вернулся, Бендиго. Как поживаешь?

Он казался встревоженным и напряженным. Мне понадобилось некоторое время, чтобы разглядеть это, но я разглядел. Он поймал мой взгляд и дернул плечами.

— Не всегда все складывается благополучно, Бен. Иногда случаются… разные вещи. А иногда сам позволяешь им случиться.

— Пошли.

Голосование проходило в конюшне Файллина. Мы отправились туда все вместе. Получилась внушительная группа.

С крыльца салуна в три ступеньки высотой на нас смотрел человек, который, скорее всего, и был Папаша Дженн, а чуть ниже стояли Мозес Финнерли и Паппин. Несколько парней прохаживались вокруг. Не нравились они мне, слишком уж они были беззаботные.

— Каин, осторожно, — сказал я. — Нас ждут.

— Командуй, Бен, — сказал Морелл. — Я с тобой,

— Хелен, — тихо приказал я, — ты и остальные женщины — держитесь сзади и правее, чтобы не попасть под огонь. Понятно?

— Да, Бен.

— Я — ближе, — сказала Рут Макен. — У меня револьвер.

— Здравствуйте, господа, — расплылся в улыбке преподобный Финнерли. — Как приятно видеть вас всех вместе. Давненько такого не случалось.

— Мы очень серьезно относимся к выборам, мистер Финнерли, — сказал Джон.

— Да, да, конечно. Но, увы! Вы немного опоздали, мы уже закрыли урны.

— Можно их снова открыть, — тихо сказал Джон. — Мы хотим проголосовать.

— Какая жалость, — возник откуда-то Троттер с револьвером в руке. — Голосование закончилось. Избрали меня. — Он улыбнулся.

— Вы уже посчитали бюллетени, Олли? — ласково спросил я.

— Ну, не то чтобы, — улыбался он. — Но мы сосчитаем.

— Ладно, сосчитаем вместе, — сказал я. — После того как проголосуем мы.

Стали подтягиваться, натянуто улыбаясь, праздные парни. Они были уверены, что мы у них в кармане.

— Ребята, вы все знаете мистера Морелла, — сказал я.