Чарлз перевел взгляд на стену и увидел за ней небольшую комнату. Ну конечно же известный прием: можно незаметно наблюдать за допросом подозреваемого. Интересно, кого сюда собираются привести? Неужели самого Фреда Оскара? Чарлз замер в ожидании и вдруг вспомнил о Христиане.

— Я должен предупредить друга, — зашептал он, порываясь встать с дивана.

— О нем не беспокойтесь. Ему скажут, что нам пришлось срочно уехать.

— Христиан не поверит, потому что ваша машина стоит у входа.

— Вы потом ему все объясните. Прошу вас, сидите тихо. Иначе нас выставят отсюда.

— А нельзя было позвать моего друга с нами? — не унимался Чарлз.

— Я работаю только на вас. В полицейском участке после долгих уговоров согласились предоставить кабинет для меня и для моего клиента.

— Кого будут допрашивать? Фреда Оскара уже арестовали?

— Вы замолчите или нет? — резко оборвала поток вопросов Памела.

Тяжело вздохнув, Чарлз уставился на перегородку. Вскоре в комнату вошли трое: человек в наручниках и двое сопровождавших. Преступник даже сквозь затененную поверхность экрана мало походил на старика Оскара, из чего напрашивался вывод, что перед ними его адвокат Уильям Локсли. Подозреваемого усадили за стол точно напротив Чарлза и Памелы. Один коп остался стоять в углу, а второй сел сбоку.

— Итак, мистер Локсли, — заговорил тот, что проводил допрос, — мы хотели бы услышать от вас о характере помощи, которую вы оказывали мистеру Фреду Оскару.

— Какую помощь оказывает адвокат клиенту, вы знаете не хуже меня, господа. Мои функции состоят в правовой защите человека и его интересов. Все предельно просто.

— И вы можете с уверенностью сказать, что всегда следовали в своей деятельности букве закона? Не нарушали юридических принципов?

— Я не понимаю, куда вы клоните. Как любому живому человеку мне свойственны мелкие слабости, но совершать преступлений не приходилось.

— Интересно, но мы располагаем другой информацией. Вас опознал человек, подозреваемый в покушении на убийство. По его словам, вы наняли его, чтобы убить гражданина Великобритании. Не припоминаете?

— Наглая ложь, — фальшиво усмехнулся Локсли. — Знаете, ко мне ежедневно обращаются десятки людей с просьбой помочь, но я не работаю бесплатно. Возможно, кто-то, получивший отказ, решил таким образом мне отомстить?

— Очень убедительная версия. Тогда, если следовать ей, нам придется арестовать за клевету еще трех человек, видевших вас за разговором с подозреваемым.

— Послушайте, я уважаемый человек. Вы ответите по всей строгости за этот цирк…

— Нет, скорее вам придется отвечать, — съязвил коп. — Как сообщнику и полноправному участнику махинаций Фреда Оскара. Его вина уже не вызывает сомнений. Нам осталось лишь определиться с вашей ролью в этом деле. Похоже, вы со своим клиентом будете нести равную ответственность за мошенничество, подкуп, покушение на убийство, дачу заведомо ложных показаний…

— Стойте! Подождите! Я согласен рассказать все, что знаю, а вы гарантируете мне условный срок. Лицензии меня в любом случае лишат, я хочу сохранить хотя бы свободу.

— Сейчас поздно ставить условия, мистер Локсли. Как вы могли не подумать о последствиях, впутываясь в эту грязь, становясь соучастником гнусных игр с чужими жизнями? Как я могу обещать вам условное наказание, не зная, какую конкретно работу для Фреда Оскара вы выполняли? Конечно, помощь следствию значительно смягчит приговор, но не мне определять вам меру наказания. Это решит суд.

— Понимаю. — Локсли уставился в пол немигающим взглядом.