|
Но из-за постоянной борьбы за власть между князьями русов, Тартария потеряла уже Югрию, Болгарию, страну готтов Пермию, страну галлов и басков Ветику и другие земли. Увидев ослабевшую в битвах между князьями Русь, отошли к своим князьям поляне и ливы с эстами, кои уже не платят нам дань... И теперь князь Димитрий не жалеет усилий, чтобы Московию оторвать от Тартарии, сделав стольной землей Руси. А потому я и пришел сюда, что не должно нам вины Димитрия без наказания спускать! Уж если единожды он пошел противу Тартарии, то пойдет и в другой раз, зубы железные показав. А там, где охотится тигр, шакалы должны в норах сидеть, хвост поджав под брюхо! К тому же, все пути в Литву и дальше – к землям Срединного моря через земли московские лежат… Ладно, утомил ты меня, мурза. Ты хотел найти своих близких, коих увел Баракча?
- Хотел бы… Да не ведаю, живы ли? Хан хлопнул в ладоши, и в шатер тут же вошел юртджи. - Помоги мурзе Хасану, - глухо молвил хан и закрыл глаза. Хасан шагнул вослед за юртджи и вдруг услышал: - А с Ордою не воюй, Хасан. Сгинешь без славы… Мурза оглянулся, но хан, казалось, спал, сложив руки на груди… Глава 30
К Михайловскому вышли под вечер. Пустое село, частью выгоревшее, пограбленное, явило дружине боярина Ондрея поваленные, затоптанные лошадьми плетни, распахнутые настежь ворота подворий… Безликое и страшное в своей пустоте, оно настораживало и заставляло сердце тревожно ворочаться под тесной кольчугой. В маковке сельской церквушки торчала наполовину сгоревшая стрела: видать, татары хотели сжечь Божий храм, но то ли ветер задул пламя, то ль Божий промысел не дал огню разгореться… Боярин остерегся заходить в село, кое и манило и вселяло тревогу, и увел кметов в лесок, отправив в степь разведку. Разведчики воротились скоро, да не одни – вместе с ними пришли Степан с Никитою и десятком мужиков. Обнявшись и облобызав друг дружке бороды, отошли боярин со Степаном в сторонку и долго о чем-то говорили.
- Ужо потянулися обозы с военной добычею, - рассказывал неспешно Степан. – Только ее надо будет пропустить. Вот когда поведут полон степняки, тогда будет наша работа. Вчерась ввечеру провели большой полон… Только силенок у нас маловато было, чтоб напасть да отбить полоняников… Теперича сила есть у нас большие дела вершить. Ты-то как, боярин, согласный? - А что ж делать? Я ить и шел сюда с ворогом биться, а не поместье свое стеречь. - А нетути боле твово поместья, боярин Ондрей, все как есть пожег татарин. И терема белокаменны порушил и овины, и закрома. Надысь мы ходили туда, видели… Людишки-то твои в лесу схоронились, в скиту у Мефодия. Много там народу собралося, не знаю, как Старец их прокормит… - А ты чего, Степан, корячишься? – боярин только теперь обратил внимание, что Степан сидит скособочась, и иногда кривит рот, морщась, словно от боли. |
