|
мстил значок и увял - видимо, уже давненько здесь работал ц разбирался в излюбленной символике творческого коллектива... Даже демонстративно отвернулся, дурик, с видом крайнего презрения - ну, что поделать, мужики испокон веку реагировали на лесбиянок крайне болезненно... Даша, однако, очаровательно ему улыбнулась и осведомилась: - Это вы так кого попало пускаете? А если я - террорист? - Вон там у нас - дамский туалет, - сухо проинформировал страж. - А кабинет госпожи Хрумкиной? - Неподалеку от туалета. Дата пожала плечами и двинулась в конец коридора - - очень длинного и довольно грязного, мимо череды дверей без всяких табличек. Две сухопарых дамочки, попавшихся навстречу, обозрели гостью с большим интересом, определенно таившим подоплёку. Она как ни в чем не бывало прошла мимо, усиленно колыхая бедрами, - пожалуй, эти две воблы, определенно знакомые по фотографиям, не привлекли бы и настоящую лесбиянку... Свое появление здесь она, конечно, должным образом залегендировала. Здешняя компьютерная труженица, Толина знакомая, сутки назад закинула приманку, сообщив среди обычной бабской болтовни за чаем, что в стольный град Шантарск совсем недавно переехала знакомая её знакомых, покинувшая провинциальный городок Куруман из-за непроходимой косности и отсталости тамошних аборигенов (принявших без всякого восторга склонность "Дарьи Шелгуновой" к писанию газетных статей о сатанизме, а также ярко выраженную тягу к лицам своего же пола). Легенда, надо сказать, была разработана не столь уж ювелирно, почти все придется импровизировать на ходу - но, с другой стороны, "Бульварный листок" ничуть не похож на центр атомных разработок, собственной контрразведкой не обладает и вторжениям замаскированных оперативников доселе не подвергался, а потому и не питает подозрения к пришельцам. Конечно, нахально выдавать себя за журналистку, не зная внутренней кухни, - несколько чревато. Но, во-первых, в журналистике сейчас обретается кто угодно, это вам не прежние времена, а во-вторых, "Шелгунова" - журналистка начинающая. Зато в Курумане Даша бывала не раз, так что убедительные детали сможет рассыпать пригоршнями... Она мысленно перекрестилась во имя удачи - и вошла в гостеприимно распахнутую дверь. Кабинет был довольно большой, но свободного места почти не сыщется - все завалено книгами, пестрыми журналами, кучами старых номеров "Листка", образчиками дешевого импортного ширпотреба, съедобного и несъедобного (щедрые дары благодарных рекламодателей, надо полагать, или поощрительные призы всяких дурацких викторин, которые "Листок" вечно устраивал ради вящего привлечения читателей). Из-за заваленного бумагами стола на Дашу чуть удивленно воззрилась здешняя "мадам", Екатерина Хрумкина, полноватая баба лет пятидесяти с усиками, словно у юного гусарского юнкера и слегка затуманенным взглядом истинно творческой личности. |
