Челюсть Мадуга дернулась, а щеки покраснели.

— Мама сказала, что если ты снова это сделаешь, то она побреет твою голову, пока ты спишь.

— Дети! — заорал Бабба. — Снаружи опасные создания. Идите и найдите их.

Мадуг шагнул к двери. Бабба рывком заставил его остановиться и заставил его вернуться в подсобку.

— Не ты. Нам нужно, чтобы ты остался тут и решал проблему.

Калеб посмотрел на Ника.

— Ты готов?

Ник посмотрел на часы.

— Только на следующие сорок пять минут. А потом меня запрут дома в наказание.

— Давай, Золушка. Начнем, пока ты не превратилась в тыкву.

Калеб повел его из магазина вниз по улице в сторону их школы, и это было логично, учитывая, что оттуда все и началось.

«И моим самым большим страхом сегодня утром было опоздание…»

Кто же знал, что к концу дня он будет бояться, что кто-то вырвет его мозг и сожрет?

«Может, пора начать носить бензопилу в школу?»

Она не была в списке исключенного оружия…

Пока они шли, он мысленно вернулся к Мадугу и его семье.

— Разве не странно, что брат Мадуга не ходит в школу с нами?

Калеб засунул руки в задние карманы.

— Наверно, слишком туп, чтобы поступить.

— Думаешь?

— Интеллект не всегда зависит от ген. Поверь мне. У меня в роду была череда реально тупых людей. Меня пугает, что я плаваю с ними в едином генетическом бассейне. А я вот гораздо умнее, чем они.

А Ник даже и думать не хотел о его генетическом бассейне из-за инфекций, которые могли в нем быть. Он жил в постоянном ужасе от того, что однажды в его голове щелкнет переключатель, и он станет таким же монстром, как отец. Каждый раз, когда он пытался заговорить об этом с мамой, она говорила что это ерунда. Но он не мог отбросить мысль, что что-то внутри него желает выбраться наружу. Что-то злое, холодное и бесчувственное.

— У тебя есть братья или сестры? — спросил он Калеба, пытаясь отвлечь себя от этих мыслей.

— Единокровных нет. А остальных я не считаю. А у тебя?

— Нет.

Калеб кивнул.

— Ник, а чем твой отец занимается?

— Я не говорю об отце, — ни с кем. Только Марк и Бабба знали, что его отец был опасным преступником. Остальному миру он не говорил ничего. — Он не в нашей жизни, и я так это и хочу оставить.

— Понимаю. Я тоже не очень-то хочу иметь дело с моим.

— Почему?

— Не поверишь, если скажу, но все нормально. То, что не убивает нас, вынуждает нас к векам лечения.

— Ага, обычно с большим количеством Тайленола.

Калеб засмеялся.

— Эй, знаешь что, если мы разделимся, то сможем захватить больше территории. Встретимся у собора?

— Ладно.

— Ладно, увидимся там.

Ник пошел вниз по улице, которая соединялась с улицей Бурбон, которая была заполонена потенциальными жертвами. «Как будто ты так легко можешь отличить зомби от пьяного туриста»?

Наверное, это сложно. Но на месте зомби в поисках жертвы туда бы он и пошел. И как он уже сказал, они могли там легко затеряться в толпе.

Он шел по улице и заметил, что гудение уличных фонарей стало громче.

Когда он почти дошел до особняка Лалори — самого зловещего и загадочного места в Новом Орлеане, то замедлился. Если адова пасть существовала, то этот дом стоял на ней. Он пугал его с самого детства.

Сегодня даже более обычного.

Неожиданно задул ветер, растрепал его волосы, а когда огромный ворон пролетел над его головой и приземлился на верхний балкон из кованого железа, и будто уставился, на его шее появились мурашки.