Исполин взревел. Его тело содрогалось от судорог, а массивные лапы нелепо метались, пытаясь сорвать паразита. Ладонь шарила по плечу, скользила к пояснице, но гипертрофированная мускулатура не позволяла достигнуть места между лопаток. Демон был вне досягаемости.

Чудовищный утконос забился в агонии, жутко крякая. Мощные лапы дрожали, клюв клацал в бессильной ярости. Наконец, колени подломились, тело рухнуло на землю. В этот миг всё изменилось.

Дакханы почувствовали падение вожака. Их глаза расширились, а жуткие морды исказил страх. Они одновременно бросились в бегство, забыв о битве. Даже те, что уже сомкнули смертоносное кольцо вокруг выживших, рванули в ночь, не оглядываясь.

Лагерь застыл. Остались лишь тяжёлые вздохи, запах крови и напряжённое молчание. Люди даже не знали, насколько им сегодня повезло — удалось пережить первую багровую спираль. Прямо сейчас на бесчисленных стартовых островах большинство новоприбывших рас беспощадно истреблялось тварями, вырвавшимися из подземелий.

Демон, ведомый жаждой мести, двигался вглубь острова. Он сеял смерть, преследуя дакханов. Его движения пусть и медленно, но верно сжигали общую кровяную массу. Однако жуткое существо подпитывалось по пути, углубляясь всё дальше.

Звуки сломанных костей и разорванной плоти сопровождали его продвижение, пока впереди не показался лагерь краболюдов. Каменные стены были залиты кровью, а земля вокруг превратилась в кладбище монстров. Трупы троелапов валялись вперемешку с разорванными тушами серпентилов и жабогрызов.

В центре этой бойни разворачивалось финальное сражение. Кнагл, исполинский четырёхрукий скелет, возвышался над вождём краболюдов, готовый забрать душу.

Кракис ушёл в глухую оборону. Его панцирь был изрезан и покрыт трещинами. Щит, который он держал в руке, прогибался под мощью четырёх клинков противника. В каждой из своих иссохших костлявых рук кнагл сжимал смертоносное оружие: массивный тесак, изящную шпагу, двуручный меч и извилистый кинжал.

Несколько краболюдов погибло в бою со скелетом, их тела бездыханно лежали вокруг босса. Оставшиеся в живых пытались атаковать кнагла со всех сторон, но их клешни лишь высекали искры из неестественно прочных костей, не нанося существенного урона.

Демон вступил в игру без предупреждения. Его хлыст рассёк воздух и обрушился на голову кнагла. Череп расплющился, как гнилая тыква, разлетаясь осколками во все стороны. Четыре клинка звякнули о землю, а костяное тело обрушилось бесформенной грудой.

Рывком преодолев дистанцию, демон ринулся к Кракису. Хлыст снова взвился в воздухе. Удар! И щит вылетел из руки вождя краболюдов, звонко грохнувшись о камни.

Очередное щупальце выстрелило вперёд, обвилось вокруг шеи Кракиса и приподняло вождя над землёй. Рука краболюда беспомощно задергалась в воздухе. Клешня отчаянно пыталась перекусить отросток, но тот был твёрд, как сталь.

Краболюды замерли, не смея приблизиться к демону, хлысты которого только этого и ждали. Глаза вождя, выпученные от удушья, начали наливаться кровью. В них плескался ужас и желание выжить.

— Пощады! — крикнул Морка Штормскаттер дрожащим голосом. Он рухнул на колени, ударившись о каменистую почву с глухим стуком. — Пощади его!

Ответа не последовало. Губы Макса растянулись в мстительной улыбке. Демон упивался страданиями жертвы, медленно усиливая хватку и наслаждаясь моментом. Глаза Кракиса закатывались, а из горла вырывались хрипящие звуки агонии.

— Братишка, не делай этого! — послышался голос из глубины подсознания.

Демон замер. Его тело напряглось, щупальца задрожали от внутренней борьбы. В разуме столкнулись две воли — ненасытная жажда мести и добродушие хозяина тела.

— Отпусти его! — голос прозвучал снова, настойчивее и яснее, рассыпаясь эхом в глубинах восприятия.