– Надеюсь, мы все успеем, хозяйка? Джем лишь слегка приподняла брови.

– Конечно.

«Конечно». Словно места для сомнений не оставалось. Впрочем, Джем, по-видимому, действительно не сомневалась.

– Вы что, всегда с такой уверенностью говорите обо всем?

Ризу показалось, что на ее лице промелькнула тень сомнения, но это произошло так быстро, что он решил, что это ему почудилось.

Джем пыталась обнаружить в его словах скрытый смысл.

– Почему вы спрашиваете? Вы думаете, что я что-то делаю неправильно?

– Не думаю, что «неправильно» – это то слово, которое я хотел бы употребить. Я, скорее, сказал бы «бестолково», или еще лучше, «по-женски».

Риз увидел, как щеки ее медленно заливаются краской, и подумал, а что если от этих слов она разъярится по-настоящему.

– Не сообщите ли вы мне, что именно вы имеете в виду?

– То, что вы отослали Пита в тот самый момент, когда нам так не хватает рабочих рук. Я понимаю, что его жена нуждается в заботе, но сейчас не время распускать нюни. За ней мог бы присмотреть кто-нибудь из стариков.

Несколько мгновений стояла тишина.

– Вы все сказали? Риз кивнул.

– У меня много работы, и мне некогда сидеть здесь и слушать ваше нытье. Я ничего не делаю без причины, и это не ваша забота. Постарайтесь не забывать, кто здесь хозяйка, Макинтайр. Если мне понадобится отправить Пита плести кружевные салфеточки, я так и поступлю, не спрашивая вашего мнения.

И с этими словами Джем опрокинула остатки еды в помойное ведро, поставила свою тарелку в чан для грязной посуды и отвязала лошадь. Потом она вскочила в седло и, не оборачиваясь, поскакала к загону.

Риз опустил глаза и увидел, как поднимается пар из жестяной кружки с кофе. Одно он понял наверняка: эта женщина не собиралась уступать ему первенство. Видимо, пришла пора попытаться освоить новую территорию. И лучше всего было начать со спальни.

Делла доковыляла до стола и неуклюже потянулась к разделочной доске, которая лежала слишком далеко. Ее руку опередила сильная рука Пита, ловко ухватившая доску. Другой рукой Пит взял нож из руки Деллы. Выудив луковицу из корзины, Пит принялся умело нарезать лук.

– Неужели тебе недостаточно тех восемнадцати часов, что ты провел в седле? – спросила Делла.

– Не-а, у меня только что открылось второе дыхание.

Впрочем, на мгновение Пит оторвался от луковицы, но лишь затем, чтобы прижаться губами к мягкой щеке жены и провести пальцами по ее густым черным волосам.

Делла испытала привычное наслаждение от его ласки. Ей так хотелось убедить его не перетруждаться, но она понимала, что не сможет.

– Тебе нельзя так перетруждаться.

Не обращая внимания на эти слова, Пит спросил:

– Что мы готовим?

Он смахнул нарезанную луковицу с доски в кастрюлю.

Делла лучезарно улыбнулась.

– Пирог с орехом пекан.

– Пирог с пеканом? Тогда зачем мы нарезали лук? Голубые глаза Деллы заблестели еще ярче.

– Не знаю, дорогой. Действительно, зачем? Пит робко взглянул на нож, который он продолжал сжимать в руке.

– Что, все еще будешь клясться, что ты не устал, мой ковбой?

Лит склонил голову, обдумывая ответ.

Ну, разве что совсем чуток. Делла взяла в свои руки его мозолистую ладонь.

– Надеюсь, все же не слишком.

Пит опустился на стул рядом с ней, не сводя с нее серых глаз и ощущая, как любовь к жене переполняет его сердце.