|
У нее в этом банке полно знакомых. Так вот, выходим мы на улицу, а к ней подкатывает какой-то хмырь, лощеный такой, смазливый… Здоровается с нею, меня будто не замечает. Спрашивает: «А что ты, Галечка, собираешься делать со своими деньгами?» Про деньги уже знает, гнида! «Надо бы, говорит, их в бизнес вложить, чтобы крутились». Галька отвечает: «Я так и хочу!» — «А куда?» — спрашивает хмырь. «Думаю мужской клуб открыть или массажный салон…» — говорит Галька этак раздумчиво. А хмырь предлагает: «Лучше агентство топ-моделей. Это престижно и с перспективой выхода на западный рынок. И я могу помочь — у меня же связи, ты знаешь, Галочка…» Ну она сразу берет его под руку: «Заметано, Вадик!» А мне вполоборота, небрежно: «Пока, Сеня, увидимся…» И — к его машине. Пока они шли, хмырь ее еще спросил, нарочно громко, что это, мол, за чучело с тобой, Галка?
— А ты? — усмехнулся Север. — Хотел сразу завалить обоих, да без твоей команды не решился! — выпалил Умник. — И правильно, не надо больше никого валить, — сказал Север задумчиво. — А вообще, что мы будем делать дальше, шеф? — спросил Семен. — Бригады у нас теперь нет… Новую соберем? Или обменные пункты станем грабить? Или хаты «новых русских»? Или сами к сильной команде прибьемся? Какие у тебя планы? — Лично я намерен купить нам с Милкой квартиру здесь, оставшиеся деньги сунуть в банк и жить на проценты. А ты что, ну никак не можешь обойтись без уголовщины? — Да я… Я бы с радостью… — смутился Умник. — Я думал, ты, шеф, хочешь увеличить капитал, тогда бы и мне пришлось с тобой… Не брошу же я тебя одного… Но если ты отпускаешь меня… — Как ты попал к Корвету? — спросил Север. — От безнадеги… — поморщился Умник. — Остался без жилья… А бомжу куда податься? Вот и хотел на квартиру заработать, хоть в банде… Потом, когда разобрался, что за дела творит Корвет, я решил свинтить от него, да уже почему-то не мог… — Я тебе потом объясню, почему ты не мог, — сказал Север. — И, возможно, сумею тебя избавить от причины этого… Она у тебя в мозгах. Паша поможет… ну ладно, это позже. А сейчас поступай, как я: покупай квартиру, клади бабки в банк и живи на проценты. Тебе хватит. А достойное занятие ты себе потом подыщешь. — Так ты меня отпускаешь из бригады, Сатир?! — Умник удивленно таращил глаза. — Из какой бригады, когда ее нет?! — рассмеялся Север. — Для меня как будто есть… пока есть ты, шеф… — буркнул Умник. — Короче, отпускаю! — махнул рукой Север, чтобы не вдаваться в излишние сейчас подробности. — А пока подожди меня на улице. Потом вместе решим, куда податься… Семен послушно вышел. Вернулся Павел. Одной рукой он галантно поддерживал под локоть Милу, а второй нес листок со стихотворением Белова — видно, только что взял у секретарши. — Садись, девочка, — предложил Кузовлев Миле. Она села. Девушка по-прежнему была словно деревянная. — Я хочу тебе, Мила, одно стихотворение прочитать, — сказал Павел. — Можно? — Можно… — в глазах Милы появился легкий интерес. Кузовлев прекрасно продекламировал «Бонни и Клайда». Мила слушала внимательно и, казалось, оттаивала. — Понравилось? — спросил Павел, закончив. |
