Изменить размер шрифта - +
У меня нет никакого права судить, но, по-моему, мужчине недопустимо развлекаться и тратить деньги, когда его дети еще не устроены. Ведь у него был сын и трое дочерей, так?

– Четверо, – ответила леди Стерн. – Самая младшая осталась дома с Шарлоттой, которая недавно вышла замуж за приходского священника. Почти через год после смерти Ройса. Думаю, это хорошая партия.

– Все-таки это ужасно, когда семья разоряется, – пробормотал лорд Куинн.

– Может, это и не правда, и моя дорогая Анна никогда не позволила бы мне так сказать, но, по-моему, он пил больше чем следует.

– Похоже на то, – пробормотал лорд Куинн.

– Он безумно любил Люси. Боюсь, он стал безразличным к жизни, когда она заразилась чахоткой, а потом умерла.

– Тяжело потерять человека, которого давно любишь. – На секунду он накрыл ладонью руку леди Стерн, лежащую на столе. Но только на мгновение – они были очень сдержанны на людях.

– Анна – самая старшая, – продолжала Маджори, – ей одной пришлось взять на свои плечи эту ношу. Она была почти раздавлена, Тео, и не только потерей родителей. Там было еще много несчастий. Жаль, что я не знала об этом раньше, чтобы приехать в Эльм-Корт и помочь ей.

– Ты помогаешь сейчас, Мадж. Ты привезла ее в Лондон, и вывела в свет, и представила самому завидному жениху во всей Англии. Ручаюсь, малыш окажется у нее под каблуком!

– Только посмотри на него, – рассмеялась леди Стерн. – Да он просто король эпатажа, вместе со своим веером. Ну, разве это не кокетство?

– Клянусь жизнью, это кокетство только внешнее в Люке. Но никогда не знаешь, что у него внутри. Ох, кажется, он очень увлечен ею. Она славная девочка, Мадж.

– Да, – вздохнула крестная, – мне было бы спокойнее, если я знала бы, что она устроена в жизни, и увидела бы, как она держит на руках свое дитя.

Лорд Куинн снова сжал ее руку.

Анна чувствовала себя разгоряченной после быстрого танца, и это было заметно. Наполнив тарелки, герцог сел рядом с ней за одним из длинных столов и, открыв веер, начал осторожно обмахивать ей лицо. Анна благодарно засмеялась.

– А в Париже все мужчины пользуются веерами, ваша светлость? – спросила она.

– Конечно. Ведь я так делаю, а мода следует за мной.

– Вот как? Значит, в ближайшие недели в Лондоне появятся мужчины с веерами?

– Без всякого сомнения, – поклонился ей герцог.

– Как, должно быть, чудесно – жить в Париже, – задумчиво сказала Анна.

– Да, если вам нравится жизнь, наполненная легкомысленными развлечениями, ни один город не может сравниться с Парижем. А вам нравится такая жизнь?

– Не знаю, – рассмеялась Анна. – Я никогда не жила так. Я ведь только недавно приехала в город. Здесь я выгляжу, наверное, просто провинциальной простушкой.

Не обращая внимания на еду в тарелке, она поставила на стол локоть, оперлась подбородком на тыльную сторону ладони и улыбнулась ему. Она явно ждала комплимента и не сомневалась, что он последует. Никогда раньше она не вела себя так вызывающе. Это было чудесно.

– Если это так, боюсь, что я был не там, где нужно. Мне следовало бы тоже поселиться в провинции.

– Боюсь, что вы оказались бы в другом конце страны, ваша светлость. Ведь провинции в Англии так обширны.

– Вы правы. – Он на секунду перестал обмахивать ей лицо. – Какая удача, что, приехав, я остановился в Лондоне, вместо того чтобы ехать в провинцию.

Анна весело улыбнулась – она услышала то, чего ждала.

Герцог закрыл веер, и они приступили к ужину. Но, несмотря на то, что рядом с ними сидели лорд Куинн, ее крестная и Агнес с одним из своих кавалеров, которого выбрала леди Стерн, Анна почти не замечала, что происходит вокруг нее.

Быстрый переход