– Необходим для чего? – фыркая, спросил Уэст.

Глаза Девона сузились.

– Среди таких дел, как: обновление дома, копание дренажных каналов, посадка живых изгородей и молотьба кукурузы, полагаю, что я смогу найти себе занятие.

Они возвращались в дом из хозяйственных построек, расположенных около конюшен, где была установлена недавно привезённая механическая паровая молотилка. Хотя оборудование было куплено поддержанным, оказалось, что оно в отличном состоянии. Уэст разработал план, по которому несколько семей могли бы использовать машину поочерёдно.

– Я могу справиться с имением, – возразил Уэст. – Ты был бы намного полезнее в Лондоне, разгребая наши финансовые проблемы. Нам нужны деньги, в особенности сейчас, когда мы согласились предоставить арендаторам послабления и скидки на оплату аренды.

Девон напряжённо вздохнул.

– Я говорил тебе, что нам стоило подождать с этим.

– Эти семьи не могут ждать. В отличие от тебя, я не могу забирать последнюю корку хлеба у голодающих детей.

– Ты говоришь, как Кэтлин, – пробормотал Девон. – Я приду к соглашению с Севериным настолько быстро, насколько это возможно. Было бы легче, если бы он оставил все переговоры своему управляющему, но по каким-то причинам он решил вести все дела самостоятельно.

– Как мы оба знаем, Северин ничего не любит так сильно, как спорить со своими друзьями.

– Что и объясняет, почему у него их не так уж и много, – остановившись, прежде чем войти в дом, Девон засунул руки в карманы и посмотрел на окно гостиной на втором этаже. Хелен играла на пианино, утончённая мелодия доносилась из глубины дома с такой изысканностью, что можно было бы и не заметить, что инструмент расстроен.

Чёрт побери, он так устал от всех этих вещей, которые нуждаются в починке.

Уэст проследил за его взглядом.

– Ты поговорил с Уинтерборном насчёт Хелен?

– Да. Он хочет ухаживать за ней.

– Хорошо.

Брови Девона поднялись от удивления.

– Теперь ты одобряешь брак между ними?

– Отчасти.

– Что значит, отчасти?

– Та часть меня, которая любит деньги и не хочет оказаться в тюрьме, считает, что это отличная идея.

– Нам не грозит тюрьма. Только банкротство.

– Судьба хуже, чем долги, – сострил Уэст и пожал плечами. – Я пришёл к выводу, что для Хелен это неплохой вариант. Если она не выйдет за него замуж, ей придётся выбирать из самых низов аристократии.

Девон снова задумчиво оглянулся на окно.

– Я думал о том, чтобы взять семью с собой в Лондон.

– Всю семью? Боже мой, зачем?

– Тогда Хелен будет поближе к Уинтерборну.

– И, – сказал многозначительно Уэст, – Кэтлин будет поближе к тебе. – Встретив предупреждающий взгляд Девона, он продолжил ироничным тоном. – Когда я говорил тебе, чтобы ты её не соблазнял, это было сказано в целях её благополучия. Сейчас мне кажется, что стоило побеспокоиться и о твоём тоже, – последовала умышленная пауза. – Девон, ты сам не свой в последние дни.

– Пусть будет так, – сухо сказал он.

– Очень хорошо. Но ещё один маленький совет, я бы не говорил Кэтлин о твоих планах насчёт Хелен. Она твёрдо намерена помочь всем трём девочкам обрести счастье, – Уэст мрачно улыбнулся. – Кажется, она ещё не осознала, что в этой жизни счастье необязательно.

Зайдя в малую гостиную, Кэтлин обнаружила, что Хелен и девочек за завтраком не было. Уэст и Девон сидели за столом, читая почту и газеты, пока лакей убирал использованную посуду и столовые приборы.

– Доброе утро, – сказала Кэтлин.