Он с ехидством посмотрел на сгорбленную фигуру Торта. Властелин уже давно занимал этот пост. Было еще не известно, кто придет после него. Его достоинство ни в коем случае не передавалось по наследству.

Родан хотел видеть глаза старого ферронца. Бледно-голубая кожа этого существа уже давно не шокировала людей. Точно также теперь можно было абсолютно не обращать внимания на резкий контраст с чрезвычайно жесткими, цвета меди, волосами.

Гораздо неприятнее для наблюдателей из числа людей были очень маленькие, глубоко посаженные глазки, к тому же еще и скрытые под большим, выпуклым лбом.

Конечно, в условиях яркого, огромного раскаленного солнца имелись предпосылки для этого. Глаза были хорошо защищены от ультрафиолетового излучения, а жесткие волосы защищали череп от ожогов. Все должно было быть так, поскольку всемогущая природа очень редко ошибается.

Тем не менее, едва заметные глаза мешали Родану. Практически с ферронцем никогда нельзя было встретиться взглядом. О его чувствах можно было догадываться только с трудом.

Торт, видимо, насторожился. Он поднял голову. Крошечный рот растянулся в дружеской улыбке. Это тоже выглядело непривычно.

— Меня ждут на борту моего корабля, — подчеркнул Родан. — Не могли бы вы сейчас принять решение? Есть какие-то неясности?

Родан хорошо говорил по-ферронски. Арконское гипнообучение снова и снова оправдывало себя. Без него люди никогда не смогли бы разобраться в технике арконидов в течение всего лишь трех лет, не говоря уж о том, чтобы овладеть ею. Тем не менее, только Родан и Реджинальд Булль получили всестороннее образование. Пилоты, например, были обучены только в своих специальных областях знаний.

— Мы просим вас быть терпеливыми, — ответил Торт. — Соглашение внесет решающие изменения в жизнь каждого ферронца. Наша по большей части разрушенная в результате вторжения промышленность только начинает снова набирать силу. Мы должны обдумать, должны ли торговые отношения между Вами и нами полностью находиться под контролем государства или же мы должны разрешить свободный, не контролируемый правительством товарообмен.

Это было ясно, наконец-то ясно. Родан окончательно понял, в каком затруднительном положении находился Торт. Ведь речь при этом шла о чисто внутренних вопросах ферронцев. Родана могло не волновать, какие специальные законы будут для этого изданы.

— Я предлагаю вам все обдумать. Ваше солнце очень сильно печет. Не позволите ли вы нам провести обеденные часы вблизи нашего корабля?

Улыбаясь, Родан добавил:

— Прошу понять меня. Сила тяжести вашей планеты составляет 1,4 метра на секунду в квадрате, то есть на 0,4 больше, чем мы к тому привыкли.

Торт немедленно поднялся. Лоссошер, ведущий ученый ферронцев и член законодательного совета министров, открыто поинтересовался предельной допускаемой нагрузкой людей. Это был приятно отметить.

— Мы известим вас через офицера связи Хактора, — сообщил Торт. — Договор будет заключен сегодня же.

— Ваши внутренние вопросы — это, разумеется, ваше дело, — заверил Родан. — Могу ли я поинтересоваться, насколько возможно восстановить поврежденные единицы вашего космического флота? Рекогносцировочные сообщения моих пилотов звучат тревожно. Командование вашего флота должно заранее подготовиться к новым трудностям.

Маленькое личико Торта помрачнело.

— Мы собираемся смонтировать изготовленные согласно вашим указаниям лучевые пушки, — пояснил офицер флота. — Промышленность работает в полную силу. Скоро ли вы передадите нам материалы для производства проекторов энергетического поля?

Булли покашлял. Но его быстрый взгляд на Родана был излишним.

— Мы поговорим об этом после окончательного подписания соглашения, — пояснил ему Родан с милой улыбкой.