Вокруг Джозефа с Малоуном то и дело щелкали фотоаппараты, они беспрестанно давали интервью. Джозефа запечатлели над развернутым рулоном чертежей. И попросили рассказать, как складывалась его жизнь. «Этот скромнейший человек, — написал один из репортеров, — с благодарностью говорил об удаче, которая улыбалась ему в жизни не раз. Путь наверх он начал еще в 1919 году, приобретя небольшой доходный дом на Вашингтон-Хайтс. На эту покупку ему пришлось одолжить две тысячи долларов». Дальше журналист в подробностях объяснял читателям, что официальное открытие санатория еще впереди и в этот день будет дан обед в честь архитекторов, строителей и многочисленных благотворителей, на чьи пожертвования построено это великолепное здание.

Никогда, с молодых лет, Анна не верила в предчувствия, сновидения, телепатию и прочую чепуху. Но, собираясь на торжественный обед, она знала — как это ни абсурдно! — что встретит там Пола Вернера.

И вот после первой перемены блюд она и вправду увидела, как он размашистым, стремительным шагом идет через всю залу к столу, где сидят Малоуны. Увидела — и не удивилась. Она наблюдала, как Малоун поднялся ему навстречу; приветствия, рукопожатия; непринужденный поклон. Малоуны сидели далеко, но она представила его голос, интонации. Скоро, она знала, он перейдет к их столику.

Что я скажу? А он? Я же покраснею! Все заметят — я всегда краснею до корней волос! И все услышат, как колотится мое сердце.

Пол подошел прямиком к Джозефу, протянул руку.

— Пол Вернер, — представился он. — Спешу поздравить вас и мистера Малоуна с замечательной постройкой. Я только что обошел здание. Великолепно!

Джозеф на миг опешил. Но быстро опомнился и, поднявшись, с достоинством ответил:

— Спасибо. Вы очень добры. — И, обернувшись к сидевшим за столом друзьям и знакомым, добавил: — Вот человек, который помог мне когда-то встать на ноги. Он…

— Пожалуйста, не надо об этом, — перебил его Пол. — Это совсем не важно. Все, чего вы добились, вы добились своими усилиями.

— С моей женой Анной вы знакомы, — произнес Джозеф. — А это наша дочь Айрис. И ее муж, наш зять, Тео Штерн. Доктор Теодор Штерн.

Пока Пол на нее не смотрит. Что будет, когда она встретит его взгляд?

Джозеф придвинул стул:

— Садитесь с нами, мистер Вернер.

Пол принял приглашение. Анна почувствовала легкое головокружение, тошноту. Только бы ей не стало дурно.

— Вы здесь один? — спросил Джозеф. — Быть может, позовете и…

— Жена не смогла быть со мной сегодня, — ответил Пол. — На самом деле я здесь отчасти по служебной необходимости, поскольку состою в правлении Опекунского совета. Мы, среди многих, жертвовали деньги на строительство санатория, и я обязан проследить, как эти деньги потрачены. — Он улыбнулся. — Я с удовольствием доложу, что потрачены они не зря. Мне очень понравилось, что в проекте использованы функциональные возможности стиля баухаус, но вы сумели избежать присущую этому стилю примитивность и необжитые пространства.

— Я — один из авторов проекта и весьма рад подобной оценке, — вступил в разговор сидевший за их столом архитектор. — Как раз такую задачу мы перед собой и ставили: избавиться с помощью декора от этакой суровой фабричной наготы. Вы архитектор, мистер Вернер?

— Увы, всего лишь банкир. И в архитектуре смыслю совсем немного, по-дилетантски. Возможно, я — несостоявшийся архитектор.

Он умудряется не смотреть в ее сторону. Спасибо и за это. Но как, как он мог, как отважился подойти, заговорить? Анна поймала на себе пристальный взгляд Айрис и слабо улыбнулась в ответ.