— Ваше Сиятельство, если бы не знал, то не предлагал бы своей помощи. — Не стал поворачиваться я за ним, а просто остался недвижим в расслабленной позе и дождался, пока он снова покажется перед глазами.

— И ты не поделишься добровольно секретом, а решишь проделать все единолично, я правильно понимаю? — Наконец остановился передо мной князь, изучая мое лицо и выражение глаз.

— А зачем мне было предлагать помощь, если я с нее ничего не поимею? — я пожал плечами и указал на постель юного наследника. — А как мы оба видим, тут нужно будет приложить достаточно много усилий.

— Что мешает мне запереть тебя в темнице и пытать до тех пор, пока ты добровольно не передашь мне свои знания. Ведь в этом случае, я не буду тебе ничего должен. — Усмехнулся князь, а однояйцевые сделали по шагу в моем направлении.

— Тогда поиграем на жизнь вашего наследника и посмотрим, кто продержится дольше, я или он. Причем в данном случае я ставлю на себя. — Я пожал плечами, не отводя взгляда от глаз князя.

Нет, меня, как и любого другого, сломать было вполне возможно. В этом я отдавал себе отчет и не питал никаких иллюзий. Но это дело точно заняло бы много времени. Ведь в данном случает речь идет не о физических возможностях, в которых я сейчас не очень силен, а о силе воле, которая, как я думал, у меня была довольно высока. Ну и организм одаренного, что кроме устойчивости к повреждениям, давал повышенный болевой порок. Впрочем, князю это должно было быть прекрасно известно.

— Хорошо, допустим я тебе верю. Что ты хочешь за свои услуги? Границы дозволенного нужно ограничивать сразу еще до подписания договора. — Нахмурился князь, не сдаваясь в нашей борьбе взглядов.

— Как минимум — свободу. Остальное зависит от того, в какой фазе перевоплощения находится тварь. — Улыбнулся я, медленно отводя взгляд, чтобы показать, что я не проиграл, но сейчас готов пойти на перемирие первый. Да уж, таким образом на работу я еще ни разу не устраивался. Хамить нельзя, слабость показывать нельзя, а еще мне эта работа очень нужна, и мы оба это знаем. Благо я ему очень нужен, а иначе знакомиться бы мне уже с раскаленными щипцами палача под вкрадчивые вопросы дознавателя.

— Я не привык работать без такой определенности. — Вскинул голову князь. — Я хотел бы заранее услышать, что вы можете сделать и какую плату за я буду вам должен.

— Я не привык в принципе на кого-то работать, но я смею напомнить, что жизненные силы вашего сына уже практически покинули его тело. Так что, если вы в ближайшее время не приготовите порошок, рецепт которого я написал вам на бумаге, то обговаривать условия уже будет поздно. Решайте. Ну или зовите палача прямо сейчас, тогда у вас будет небольшой шанс успеть выпытать из меня информацию. — Я решил надавить, ходить вокруг до около, а то оставлять своего собеседника в дураках, с молоком матери воспитывается аристократами. Так что, этот князь мог еще несколько часов тут стоять и разглагольствовать об условиях сделки и каких-нибудь гарантиях.

— Вы изготовите его сами или вам нужны помощники? Для чего оно необходимо? — Видимо князь всё-таки поборол внутри себя всех мелких демонов и решил довериться мне, раз другого выхода практически не было.

— Он на время разрывает связь между жертвой и нахцерерой, приводя жертву в чувство и вменяемое состояние, ведь жертва сама должна покончить с нахцерерой, по крайней мере, сделать последнее действие в ее умерщвлении. Неужели за два века у вас потерялась даже такая информация?

— Представьте себе, потерялась.