– Но мои чувства к Кристиану не могут изменить моего намерения служить королеве. Я дала клятву во что бы то ни стало удерживать Кристиана вдали от Кентербери и сдержу ее.

– Будь осторожна, – сказала Мавиза. – Ты можешь пострадать.

– Знаю.

– Тебе нужна наша помощь?

Авиза улыбнулась сестрам, потом потрясенному Болдуину, слушавшему женщин с открытым ртом. Должно быть, до этой минуты он не подозревал правды. Авиза решила, что позже все объяснит ему. А теперь...

Авиза заходила по комнате, потом остановилась, заметив на кровати мешок с рукоделием. Открыв его, Авиза вытащила клубок толстых ниток, бросила через комнату, не отпуская конца. В нем оказалось десять, а то и больше футов.

– Я иду к мессе, – сообщила она. – Часовня будет полна народу. Поэтому будет нетрудно протиснуться между мной и отцом.

– Скажи, что нам делать, – попросила Эрмангардина.

– Сначала я дам указания Болдуину.

Лицо мальчика разгорелось от возбуждения.

– Что мне сделать, миледи?

– Используй нитки и вот эту ткань. – Авиза потянула за полог кровати. – Пока я буду одеваться, сплети из всего этого веревку.

С помощью Мавизы Авиза быстро переоделась в дорожное платье и собрала оружие. Она объяснила свой план, и Мавиза помогла ей разработать его таким образом, что, какой дикой ни казалась ее идея, план мог бы в конце концов быть осуществлен.

Отдав свои меч и плащ Болдуину, Авиза прицепила нож к ноге. Мальчик передал ей сплетенную веревку, и Авиза обернула ее несколько раз вокруг талии. Она так завязала веревку, чтобы концы ее касались пола.

– Как я выгляжу? – спросила Авиза. Паж усмехнулся:

– Как обычно. Ничего особенного не заметно.

– Отлично! – Авиза потрепала Болдуина по плечу. – После того как мы уйдем к мессе, отправляйся в конюшни. Там встретимся. Жди меня час. Если я не появлюсь, возвращайся сюда.

Авиза открыла дверь и сделала сестрам знак следовать за ней. Когда ей навстречу выступил человек ее отца, ни она, ни другие две женщины не подали виду. Они прошли по лестнице, а Грисуолд следовал за ними зловещей тенью. Он открыл для них дверь в часовню, и они вошли.

Как Авиза и ожидала, часовня была полна народу. Священник и служка стояли возле алтаря, и по их словам Авиза поняла, что служба только что началась.

Понизив голос, Авиза сказала:

– Грисуолд, я перейду на сторону, где поменьше народу.

– Миледи...

Она не обратила на него внимания и проскользнула между другими молящимися, стоявшими плечом к плечу в задней части часовни. Мавиза и Эрмангардина следовали за ней. Оглянувшись, Авиза увидела Грисуолда, не спускавшего с нее глаз. Хорошо, что он не пытался пробиться сквозь толпу прихожан.

«Кирие элейсон, Кристи элейсон, Кирие элейсон», – выпевал священник.

Служка повторял эти слова, прежде чем перейти к молитве.

Авиза ослабила узел пояса, обвивавшего ее талию, и веревка медленно соскользнула вниз, к ногам. Она только радовалась тому, что вся паства стояла на коленях. Теперь Авиза могла незаметно привязать конец веревки к основанию крестильной купели и попытаться до окончания мессы спустить другой ее конец в окно.

Она сделала узел и потянула веревку, продвигая ее под купель. Затем пришлось ощупью искать окно – Авиза не осмеливалась поднять голову и посмотреть по сторонам. Этим она могла привлечь к себе внимание.

Наконец Авиза нащупала подоконник и забросила на него свободный конец веревки, после чего начала потихоньку сдвигать ее за окно.

Когда священник благословил прихожан, Авиза осторожно сделала шаг к окну и остановилась.

Священник призвал паству обменяться поцелуем во имя мира, и как только прихожане принялись целоваться и поздравлять друг друга, Авиза почувствовала, что наступил наилучший момент и можно бежать.