— Она даже проходить мимо того места боится, — со злорадством подала голос Бренда Гаррисон. — Обходит его за версту. Сначала по дороге на Помфрет, потом вдоль шоссе на Черитон. Добирается часами, а это не шутка, когда льет как из ведра. Дэйзи, — тут тираду прервало громкое фырканье, — просит Кена привозить ее на машине — хоть что-то для нее, мол, сделать. Вот пусть сама и привозит, коль такая добрая, говорю я. Нас вообще выгоняют, говорю. Не понимаю, с чего это нам выкладываться? «Надеюсь, Бренда, вы еще выпекаете хлеб? — спрашивает. — К ужину я жду гостей». И при этом выкидывает нас на улицу. Дэвина в гробу бы перевернулась, увидь она это!

Когда Уэксфорд еще раз решил попытать удачи с Биб, та спряталась от него в крохотной подсобке на кухне, где стоял холодильник, и заперлась изнутри.

— Не знаю, чем уж вы так ее запугали, — продолжала ворчать Бренда. — Она чуть глуповата, вы же знаете. Ведь знаете? — Она постучала по лбу двумя пальцами, затем, понизив голос, почти торжественно добавила: — Родовая травма.

Уэксфорду многое хотелось бы знать. Видела ли Биб кого-нибудь у рокового дерева? Вообще не заметила ли кого в лесу во вторник к вечеру. Но рассчитывать мог только на Тэнни Хогарта, хоть как-то связанного с происшествием: в разговоре с Биб он мог сыграть роль переводчика.

— А значит, — проговорил Уэксфорд, расправляясь с пловом, — придется пригласить его сюда после обеда, чтобы взять показания. Как Биб оказалась под его дверью и что сказала о том, как нашла тело Энди Гриффина. Правда, боюсь, на потрясающие открытия лучше не рассчитывать.

Тэнни Хогарт приехал на велосипеде. Уэксфорд увидел его в окно. Молодой человек ехал через двор к конюшням, не держась за руль: просто крутил педали ногами, сложив руки на груди и сосредоточенно слушая что-то в наушники.

Когда он неторопливо вошел в помещение, наушники уже болтались на шее. Перехватив Хогарта у входа, Карен Мэлахайд отвела его к Уэксфорду. Длинные волосы Тэнни сегодня были перехвачены на затылке шнурком: стиль, в мужчине Уэксфорду ненавистный, хотя втайне он готов был признать, что это предрассудок. Как и в последнюю встречу, Тэнни был небрит, с двух-трехдневной щетиной на щеках и подбородке. Похоже на заведенный обычай. Интересно, как это ему удается? Уэксфорд позволил себе на мгновение отвлечься. Может, подравнивает щетину ножницами? В ковбойских сапогах, расшитых и разукрашенных декоративными гвоздиками, с красным платком на шее, Тэнни напоминал юного красавца-пирата.

— Прежде чем начать, мистер Хогарт, — сказал Уэксфорд, — мне бы хотелось удовлетворить свое любопытство в одном вопросе. Если ваш курс творческой композиции начинается осенью, почему вы приехали сюда на полгода раньше?

— На летние курсы. Это подготовительные занятия для студентов, собирающихся писать магистерскую работу по искусству.

— Понятно.

Проверить у доктора Перкинса, хотя можно не сомневаться, здесь все будет чисто. Карен с блокнотом в руках записывала показания Тэнни Хогарта. Одновременно работал магнитофон.

— За что купил… — бодро начал юноша, и Уэксфорд склонен был согласиться с подобным началом. Какова цена этому краткому отчету, включившему в себя пару-тройку слетевших с языка ужасающих слов? — Она сказала: «Мертвец. Повешенный, повешенный на дереве». Я ей не поверил. Хотел отмахнуться, да бросьте, мол… Или чуть-чуть поразмышлять. Попросил рассказать все с начала. Я как раз приготовил кофе и заставил ее отхлебнуть немного, но не уверен, что она это заметила.