Я отбежал по коридору подальше от служебной двери обеденного зала и притормозил возле той самой подсобки, приказав друзьям затаиться. Очень надеюсь, что они послушают. Потом начал пятиться дальше, не выпуская из вида выход из зала. Сугорский вышел в коридор спокойной твёрдой походкой, он был полностью уверен в своём превосходстве и у него были на то причины. Такого огневика мне встречать ещё не доводилось. Через мгновение в меня снова полетела струя огня. В этот раз я скрылся за поворотом и подождал, когда пламя иссякнет. А очень удобная хрень этот дар, можно превратить человека в пепел, а твоё имущество при этом не пострадает.

Сзади услышал торопливые шаги и окрик. Обернулся и увидел охранника, достающего пистолет из кобуры. Выхватил шашку из ножен и прыгнул на него, рубанув наискось. Даже без активации магических кристаллов клинок прошёл сквозь тело, как нож по растаявшему маслу. Прощальный красный фонтан в потолок и рассечённый охранник распластался на полу неподвижно. Я спешно достал из-за пазухи амулет и провернул кольцо, в стеклянной капле вспыхнула голубая искра. Скрываться смысла нет, а если этот потомок упырей наложит на меня «оковы», то мне точно хана.

Князь буквально выплыл из-за поворота и снова выставил руки перед собой, генерируя новый поток адского пламени. Я рванул дальше по коридору и успел свернуть влево, когда струя огня пролетела мимо. А у него нехилая дальность атаки, больше десяти метров точно. Я побежал по коридору, увидел проходную комнату и свернул туда, пробегая её насквозь, потом следующая такая же. На стенах рядами висели картины, похоже на галерею Третьякова. Любители искусства, блин. И фанаты хождения по головам на пути к своей цели.

Я остановился примерно в четвёртой комнате картинной галереи, когда увидел портрет самого князя. Не то чтобы я эксперт в искусстве, но похоже на кисть именитого художника. Совсем, мать его, не тщеславный. Не знаю, зачем мне это понадобилось, но начать уничтожать Сугорского я решил с его изображения, рубанув по картине шашкой. В этот раз клинок был активирован и кроме механического воздействия подключилось магическое и священное. Картина висела под углом, но остриё клинка цепануло по каменной кладке, высекая снопы искр и оставив борозду. Изображение князя лишилось головы и вспыхнуло, словно было облито бензином, обдавая копотью белоснежный потолок.

Издалека, со стороны, откуда я прибежал, раздался яростный рык, переходящий в крик боли. Кто-то из друзей не удержался и вылез из засады? Нет, кричал явно Сугорский, смогли его ранить? В проёме двери первой комнаты галереи появился силуэт владельца замка. Может быть мне показалось, но выглядел он как-то по-другому. Поменялся цвет одежды, от неё поднимался дымок и небольшие язычки пламени. Никто из моих бойцов не обладал магией огня, странно это.

— Что ты наделал? Я убью тебя, безмозглая тварь! — проорал мой противник голосом из преисподней, ринувшись ко мне.

Я бросил взгляд на горящий портрет и увидел, как в языках пламени изменяется князь. Его силуэт сгорал гораздо медленнее, чем сам фон и увесистая рама. Отрубленная верхняя часть валялась на полу и уже догорала. Всё это смотрелось не естественно. Вывод один — портрет не обычный и имеет большое значение для Тимофея Юрьевича. Это я удачно зашёл.

На меня нёсся объятый пламенем монстр, выпуливая в мою сторону новую струю огня. Я выпрыгнул в следующую комнату и спрятался за простенок, успел как раз вовремя, жёлто-оранжевые языки пронеслись мимо и растворились в воздухе.