Глава 8

Я обвёл взглядом притихший рабочий класс. Вспомнил о вероятной причине их присутствия в замке и заржал в голос.

— Если бы вы раньше умели так молчать, то не оказались в столь идиотской ситуации, — выпалил я, продолжая хихикать. — В чём фишка, почему все заткнулись? Думаете, если не скажете мне, то спасётесь? Сразу разочарую, у вас есть шанс на спасение только в том случае, если расскажете всё как есть.

— Нет, — качая головой, выдавил из себя самый говорливый. — Если вы пойдёте к ней, то погибнете, а потом и нам крышка. Хотя, сейчас вернётся сам князь и нам всем хана прямо здесь. Просто за то, что мы с вами разговариваем.

— Князь Сугорский уже никуда не придёт, — хмыкнул я. — Если конечно не восстанет из пепла, как Феникс.

— Он хотел сжечь Вас, а в итоге сгорел сам? — мой собеседник резко оживился, глазки заблестели, появилась надежда.

— Ну почти, кирдык вашему князю короче. Так что колитесь, где искать его жену, а то у нас мало времени.

— Ладно, — удовлетворённо кивнул ряженый под средневекового аристократа пролетарий. — Я только точно дорогу указать не могу, никогда раньше здесь не был. Ходят легенды, что когда-то в этом замке произошло что-то очень страшное, после чего обеденный зал замуровали наглухо. Молодая княгиня случайно нашла эту комнату и между ней и князем разразился скандал. Тимофей Юрьевич был в ярости. Потом она заперлась в покоях, что находятся за тем самым проклятым залом и её больше никто не видел.

— Как никто, чего ты мелешь? — возмутилась сидевшая рядом с рассказчиком дамочка. — Я сама лично видела её ночью на крыше замка. Она почти каждую ночь около двух часов вылезает через слуховое окно и сидит, как сова. Даже глаза светятся также.

— А ты какого хрена, дорогая, делала возле замка в два часа ночи? — взвился мой собеседник. Казалось ещё немного и он даст ей солидного леща.

— Дык это когда было-то, Феденька, — встрепенулась она, поняв, что сболтнула лишнего. — Я ж ещё молодая была, с тобой ещё не гуляли мы.

— И с кем ты гуляла тогда?

— Так, цыц! — прикрикнул я, громко хлопнув ладонью по столу. Все, как один, подпрыгнули на своих стульях, как испуганные коты. — Всё понятно. Почти. Будем разбираться. И последний вопрос в студию. Хватит ли у вас ума, хотя, учитывая кучу свежевскрывшихся факторов это сомнительно, что вы не будете высовываться из этой комнаты при любых обстоятельствах, за исключением пожара, пока мы за вами не вернёмся?

— А если вы не вернётесь, — начала нервная дамочка, — нам тут до скончания века сидеть?

— Надеюсь, что этот вопрос в итоге окажется неуместным, — ответил я. — Но, если получится так, что до утра мы не придём, бегите куда глаза глядят.

— Если с вами что-то случится, — встрял болтун, — мы до утра не доживём.

— Тоже верно, — кивнул я. — Тогда засеките час, потом сматывайтесь короткими перебежками.

— Но, — начал он опять что-то бубнить, но я ещё раз с силой хлопнул по столу.

— Всё! Баста, карапузики! Сидите здесь. Всех впускать и никого не выпускать, на входе спрашивайте паспорт. Айда, ребята.

Я встал, закинул штурмовку за спину и направился в сторону кухни. Бойцы поспешили за мной. Невольные гости замка проводили нас испуганными взглядами и принялись что-то по-тихому обсуждать. Связанную прислугу мы так и оставили в подсобке.

На кухне застали повара, который с глазами по полтиннику сидел и уплетал содержимое одной из жаровен. Видимо стресс заедал. Когда увидел нас, бросил вилку, схватился за нож и попятился в дальний угол. Я покачал головой, приложил указательный палец к губам и невозмутимо прошёл мимо него, словно он часть интерьера.