|
Спустя пару минут у меня получилось. Я закрыл глаза и начал представлять, как края раны стягиваются и она зарастает. Эти мысли я старался транслировать через руку и убедить кожу срастись. Тепло в ранах начало нарастать и превратилось в сильное жжение, я даже зашипел от боли. Таксист бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида, но я быстро изобразил довольное лицо и подмигнул. Тот хмыкнул, покачал головой и снова уставился на дорогу.
Я ещё некоторое время подержал руку возле раны, пока тепло не иссякло. Посмотрю, какие там изменения, когда приеду в общагу. Машина подъехала к КПП, я взвалил сумку на левое плечо и потопал к общежитию. Войдя в свою комнату, первым делом полез посмотреть, что творится под повязкой и был приятно удивлён. Полностью раны конечно не зажили, но осталось совсем чуть-чуть. Наверно зря я отвлекся на таксиста, незачем было строить счастливую гримасу, лучше бы на ранах сосредоточился.
Ладно, я теперь знаю, что надо делать. Погасил свет, плюхнулся на кровать и приложил правую руку к повязке. Приятное тепло в этот раз почувствовал достаточно быстро, начинаю привыкать. Заживлять раны себе скоро научусь, это оказалось несложно. Я со своими клетками договорился, а вот как получится с чужими? Время покажет.
Я чувствовал, как по коже вокруг ран разливается тепло. Сначала немного пощипывало, но потом успокоилось, появился легкий зуд. Так я и заснул, прижав руку к правому боку.
Проснулся, когда небо только начало светлеть. Начинался последний не учебный день, завтра первое сентября и начнётся круговерть, всё, как обычно. А этот последний свободный день я решил посвятить саморазвитию.
Для начала утренняя пробежка. Напялил легкий спортивный костюм отправился на стадион. Здесь никого, очень хорошо. Сначала я побежал не спеша, потом быстрее и быстрее. Скорость бега явно отличалась от нормальной. Если бы я мог так бегать, когда в первый раз погнался за тем типом, этой ночью уже не пришлось бы с ним встретиться.
Я бежал и бежал, наслаждаясь свистом ветра в ушах, когда заметил, что на стадионе начали появляться другие любители утреннего бега. Только они похоже передумали бегать, а стояли и смотрели на меня. Среди собравшихся зрителей я увидел и Антона, он был тем ещё ЗОЖником, тоже вышел на пробежку.
Хотел было остановиться, чтобы больше не привлекать к себе внимания, потом плюнул и побежал дальше. Пусть себе смотрят и завидуют. Всё равно уже спалился. От небольшой собравшейся у края беговой дорожки толпы отделился один студент и побежал вслед за мной. По-моему это был кто-то из старшекурсников. Парень быстро догнал меня и побежал рядом.
— Ну что, кто быстрее? — предложил он и подмигнул.
— Давай.
Он рванул вперёд и я устремился следом. Я уже выкладывался на полную, но сократить дистанцию никак не получалось. Как два гепарда мы накручивали круги, аплодисменты стоявших рядом с дорожкой перешли в овации. Мои силы были уже на исходе, но сдаваться я не хотел. Скорость я не сбавлял, но спина бегущего впереди начала быстро удаляться. Когда я отстал на половину круга, понял, что мне хана. Начал замедляться и перешёл на шаг, жадно хватая ртом воздух. Мой оппонент пронесся мимо меня, как настоящий гепард, потом тоже начал замедляться.
Вроде отдышался, должно стать легче, но перед глазами все поплыло, я сошёл с дорожки и рухнул на газон. Первым ко мне подбежал Антон.
— Паш, ты как, живой?
— Почти, — прохрипел я. — Есть что пожрать с собой?
— Нет конечно, — хмыкнул он. — На фига мне нужна еда на пробежке. Мог бы сбегать в буфет, но он ещё закрыт.
— На, бедолага, — курсант, который меня обогнал протянул увесистую кулебяку с рисом. — В следующий раз бери тормозок с собой. Первый раз что ли вышел бегать по-взрослому?
— Ага, — ответил я, не без труда сел и принялся уплетать предложенный им здоровенный пирожок. |