— Сопротивляющихся нет, сдающихся нет, — доложил Ваня по рации. — Есть двенадцать мертвых и трое раненых, нуждающихся в срочной госпитализации.

На Ванином языке «нуждается в срочной госпитализации» означало — «на ладан дышит» или «помрет через пять минут».

После этого бойцы позволили себе встать.

— Все целы? — поинтересовался команданте. Оказалось, что все абсолютно, и даже Луза штаны не порвал.

— Как же мы теперь в темноте полезем? — спросил детинушка. — Молча, — ответил Васку Луиш. — Лопухин, возвращай своих роботов.

— Может, приказать, чтоб прихватили одного из раненых?

— Если он может говорить, пусть прихватят. Однако, когда Вася спросил у Вани, могут ли раненые говорить, «зомби» ответил:

— Раненых больше нет. Есть пятнадцать мертвых.

— Возвращайтесь!

Ваня и Валет быстро вскарабкались обратно на кручу. К общему удивлению, они, не имея на то прямого приказа, притащили с собой альпинистское снаряжение «джикеев».

— Вещи, полезные для выполнения отложенной задачи, — заявил Валет. Не нахвалишься на этих «зомби», ей-богу!

То, что биороботы с собой приволокли, было действительно крайне полезно. Во-первых, конечно, веревка, которой хоть и не хватало все-таки, чтоб добраться прямо до дна, но все же многие проблемы при ее наличии упростились.

Во-вторых, 50-метровая спелеологическая лестница из прочных капроновых тросов с пластиковыми ступеньками, способными выдержать даже Лузу. В-третьих, семь прочных поясов с карабинами. В-четвертых, кувалду и целый рюкзак всяких железяк. Наконец, среди «джикей-ского» имущества обнаружилось три хорошо памятных Юрке гидрокостюма с красно-белыми полосками и три дыхательных аппарата. Примерно таких, как были там, в затопленных штольнях, год назад.

Таран не настолько разбирался в альпинизме, чтоб заметить, все ли биороботы делали по всем альпинистско-скалолазным правилам или исходили из своей машинной логики, но только спуск прошел очень быстро, как по конвейеру.

Лестницу верхней петлей повесили на мощный стальной клин размером со строительный шлямбур, который при помощи кувалды загнали в скалу, а затем размотали лестницу в уже знакомую трещину. Затем по лестнице спустился Валет с веревкой, под-раховываемый Ваней, закрепил один свободный конец веревки на «пятачке» трещины, потом по старой методе добрался по крюкам до большого уступа, вколотил последний крюк и закрепил там свободный конец веревки. Затем все простые смертные надели пояса с карабинами. Ваня стал по очереди обвязывать их «джикейской» веревкой для подстраховки, и они по лестнице спускались туда, где была натянута веревка. Оставалось только прицепиться к ней обоими карабинами, отвязаться от страховки, обнять веревку руками и ногами, а затем не спеша ехать на уступ к гостеприимному Валету, который подхватывал всех посетителей на руки — даже Лузу! — и осторожно отцеплял от веревки. Последним, страхуемый Валетом, сняв лестницу, по трещине спустился Ваня. Он же стал и последним, кто по этой веревке съехал. Правда, после него по веревке на «пятачок» добрался Валет, отвязал веревку и снова, перецепляясь с крюка на крюк, вернулся на уступ, где собралась вся честная компания. Вся операция не заняла и 40 минут — фантастика!

Однако радоваться было еще рано. Хотя Тарановы сомнения насчет уступа не подтвердились, и он прекрасно выдерживал всех семерых, да и места там было предостаточно, экспедиция приблизилась ко дну пещеры всего на полета метров, к тому же где это дно, в натуре, яснее не стало.