— Нашла сходство, однако! — возразил Юрка. — Полина кучерявая шатенка, а Майка блондинка, к тому же стриженая, даже уши открыты.

— Я про фигуры, а не про прически. У нее и спинка такая же, и плечики, и попочка, и ножки…

— Похоже, это не я, а ты ее разглядываешь! — хмыкнул Таран. Однако именно после этого Надькиного сообщения и сам стал находить в облике Майки схожие с Полиной черты. Сразу после этого промелькнули воспоминания годичной давности, и Надька, прижавшись животиком к Юркиному переду, невинным голоском спросила:

— Это у тебя на меня поднялось или на нее?

Таран, конечно, мог бы этот поклеп опровергнуть, тем более что, строго говоря, у него прибор без конкретного адреса возбух, просто от воспоминаний. Но вместо этого он, как ни странно, произнес нечто неопределенное:

— Что возбудило, то возбудило…

— А хочешь, разрешу тебе ее трахнуть? — прошептала Надька голосом змеи-соблазнительницы.

— Интересное предложение, — голосом солидного бизнесмена произнес Таран, несколько опешив. — А у Витька ты этот вопрос проясняла или хотя бы у самой Майки? Возражений не будет?

Вообще-то Юрка сначала хотел просто покрутить пальцем у виска и спросить: «Надюша, ты не перегрелась?»

— Майка, между прочим, давно на тебя глаза пялит, — сообщила законная супруга. — А Витька — на меня…

— Понятно, — пробормотал Юрка, — значит, типа по бартеру, услуга за услугу?

— А. что? — горячо прошептала Надька. — Неужели я не имею права на какое-то разнообразие?

— По-моему, — нахмурился Таран, — ты уже разнообразилась в том году, с Зыней…

— А ты — нет?! — ехидно заметила Надька.

Тут медленный танец кончился, пары распались и пошли вихляться в общем кругу. Надька по ходу дела сдернула с себя футболку и отшвырнула куда подальше.

Юрка тоже рубаху снял — и впрямь жарко стало. Но Майка дальше того пошла, фьють! — и верх купальника скинула. Любуйтесь, мол, граждане, что у меня спереди подвешено! Надька захихикала, но стесняться не стала и следом за подружкой принялась голыми титьками трясти. Полянин, конечно, на них так и выпучился, а Таран, как ни странно, возмущаться не стал. Единственное, что у него на секунду в голове промелькнуло, так это мысль о том, будто ими всеми опять управляет Полина. Но только на секунду и как бы не всерьез. Потому что опять началась медленная музыка, и Надька сразу двинулась к Полянину, а Майка, повиливая бедрами, на которых окромя двух узких треугольничков ничего не было, направилась к Юрке. Ну и, само собой прильнула к нему голенькими грудками, положив ладошки на его лопатки.

— Юрочка, — знойным шепотком спросила Майка, — тебе приятно меня ощущать?

— Есть такое дело… — пробормотал Таран.

— А хотел бы чуть-чуть дальше зайти?

— Не отказался бы! — ответил Юрка, потому что увидел, как Полянин мягко стягивает с Надьки шорты, а она в это время ему ремень на брюках расстегивает… Ш-шух! — оба предмета одежды соскользнули на пол почти одновременно, а Надька с Вить-ком переступили через них и стали танцевать в одних плавках.

Соответственно, и Юркины штаны на нем недолго задержались — упали на ковер. А плавки у Тарана были очень даже узкие.' Майка, учащенно задышав, прижалась к ним животом и жарко пропыхтела Юрке в ухо:

— По-моему, без групповушки нам сегодня не обойтись… Но лучше, если все постепенно, понимаешь? Уведи меня в ту комнатку…

Майка откинула с кровати одеяло и нарочито медленно улеглась, откинув белобрысую голову на подушки.