Loading...
Изменить размер шрифта - +
Пассажира с ним не было, добавил Хогарт, и Шанд-стрит была частью его обычного маршрута на работу.

— Проезжает здесь каждое утро примерно в пять часов, в начале шестого, — продолжал инспектор. — Сказал, что вот это… — кивок в сторону брошенного автомобиля, — стоит здесь уже несколько месяцев. И он не раз сообщал об этом, жаловался. И мне все уши прожужжал про то, что всякий хлам мешает безопасности на дорогах и что дорожная полиция ничего не желает предпринимать… — Внимание Хогарта привлек шум в конце туннеля со стороны Крусификс-лейн. Он нахмурился: — Кто это? Вы ждете коллегу?

Линли обернулся. По туннелю к ним двигалась фигура, подсвеченная со спины прожекторами телевизионных камер. Было в ней что-то знакомое: крупный, тяжелый силуэт, слегка сутулые плечи.

Хейверс нерешительно предположила:

— Сэр, уж не…

Но Линли и сам уже догадался, кто это, и сделал резкий вдох — такой глубокий, что потемнело в глазах. На место преступления вторгся не кто иной, как навязанный Хильером психолог, Хеймиш Робсон. И существовал лишь один способ, с помощью которого он мог получить доступ в туннель.

Линли не колебался ни секунды. Он двинулся навстречу Робсону и без всякой преамбулы схватил его за рукав.

— Вы должны немедленно уйти отсюда, — выпалил он. — Не знаю, как вы умудрились пересечь заграждение, но здесь вам делать нечего, доктор Робсон.

Такое приветствие вызвало у Робсона удивление. Он глянул через плечо в сторону полицейского заграждения, сквозь которое только что успешно прошел.

— Мне позвонил помощник… — начал он.

— Не сомневаюсь в этом. Но помощник комиссара здесь не приказывает. Я хочу, чтобы вы ушли. Немедленно.

Сквозь очки на Линли взирали внимательные глаза психолога. Линли буквально чувствовал, как его оценивают. Он почти мог прочитать в глазах Робсона заключение: объект испытывает вполне объяснимый в данных обстоятельствах стресс, А как же иначе, думал Линли. С каждым новым шагом серийного убийцы планка будет подниматься на новую высоту. Робсон и не догадывается, что такое настоящий стресс. Это ему еще предстоит узнать, если убийца успеет лишить жизни следующую жертву, прежде чем до него доберется полиция.

— Не стану делать вид, будто понимаю, что происходит между вами и помощником комиссара, — сказал Робсон. — Но раз уж я здесь, думаю, вы могли бы воспользоваться моими знаниями. Дайте мне возможность хотя бы взглянуть на труп. Я буду держаться на безопасном расстоянии и никоим образом не помешаю сбору улик или другим вашим процедурам. Надену все, что нужно: перчатки, комбинезон, головной убор, что угодно. Я уже здесь, так используйте меня себе во благо. Позвольте мне помочь вам.

— Сэр? — произнесла Хейверс, привлекая внимание Линли.

Он увидел, что с противоположного конца туннеля констебли подкатывают колесные носилки с мешком для транспортировки трупа. Один из техников шел с бумажными пакетами, чтобы обернуть ими ладони жертвы. Все, что требовалось от Линли, — лишь один кивок, и тогда часть проблемы, вызванной присутствием Робсона, будет ликвидирована: ему просто нечего будет увидеть.

Хейверс снова негромко обратилась к Линли:

— Отправляем?

— Я уже пришел, — продолжал убеждать Робсон. — Забудьте почему и как. Забудьте Хильера. Ради бога, позвольте мне быть полезным.

Его голос был мягок и настойчив, и Линли понимал, что в словах психолога есть разумное зерно. Можно с упорством цепляться за договоренность, которую он вырвал у Хильера, а можно отбросит

Бесплатный ознакомительный фрагмент закончился, если хотите читать дальше, купите полную версию
Быстрый переход