Патрика будто подменили. Он нежно прижимал ее к себе, поглаживал ее обнаженную спину и разговаривал с ней, как нормальный человек.

— Почему ты злишь меня, Тифф? Ты же знаешь, каким я становлюсь, если меня раздражают, так почему ты меня доводишь до такого состояния?

Она смотрела на него, изо всех сил стараясь снова понравиться ему. Она снова была у него на крючке. Глядя на нее, он с трудом подавил в себе желание врезать ей кулаком по лицу; она и так уже достаточно избита. Он задумал для нее гораздо более серьезное наказание, и эта мысль помогала ему сдерживать гнев, кипевший внутри.

Вдруг в дверь позвонили, и он вздрогнул. Чтобы пройти сюда, надо было сначала миновать консьержа внизу. Иначе, какой ему смысл платить целое состояние за эту квартиру. Доступ к нему был закрыт, и это давало ему какое-то ощущение защищенности, в которой он нуждался, занимаясь этакими делами. Он еще и доплачивал консьержу приличные бабки, чтобы тот повнимательнее следил за его посетителями, так что этот подонок внизу получит от него хорошую взбучку в ближайшем будущем.

Патрик быстро подошел к двери и закричал:

— Кто там?

— Полиция. Пожалуйста, откройте, мистер Коннор.

Патрик окинул комнату взглядом и выбросил сигарету с крэком в мусорное ведро на кухне. Он паниковал, и Тиффани видела это. Патрик затолкал ее обратно в ванную, и она принялась мыть голову, зная, что именно этого он от нее хочет. Крэк расслабил ее, и теперь она была заинтересована лишь в том, чтобы получить следующую дозу.

Коннор широко раскрыл дверь и уставился на двоих мужчин, которые стояли перед дверью.

— Какого черта вам от меня надо?

Тот, что был покрупнее, детектив по имени Смезест, лениво улыбнулся ему.

— Успокойтесь, мистер Коннор. Мы только хотим задать вам пару вопросов.

У него были большие зубы, неестественно белые. Патрик некоторое время разглядывал их, потом закричал:

— А ордер у вас есть?

Он знал, что ордера у них нет, иначе они бы сразу его показали. Их тогда было бы больше, на случай, если он окажет сопротивление. Детектив покачал головой, и Патрик начал закрывать дверь.

— Не так быстро, Патрик, у нас для тебя есть новости. Ты знаешь, что Макси умер сегодня? Нас интересует, видел ли ты его. Мы пытаемся восстановить все, что он делал перед смертью.

Полицейский, тот, что был помоложе, ухмыльнулся:

— Нам кажется, ты мог бы нам помочь.

Патрик фыркнул:

— Так вот, вы ошибаетесь, поняли? И еще — как вы поднялись сюда, без звонка от консьержа, а? Вы меня скомпрометировали, теперь все будут думать, что я преступник. Что ж, моему адвокату будет что сказать об этом, приятели. Я думаю, вы меня преследуете, потому что я темнокожий. Я провел весь день со своей девочкой, трахаясь с ней у себя в постели.

Он закричал через плечо:

— Эй, выйди-ка сюда!

Голова Тиффани была обернута полотенцем, второе полотенце она обернула вокруг себя. Она вышла в прихожую.

— Ну что, всё увидели, что хотели? А теперь убирайтесь.

Детектив был раздражен:

— Ты, кажется, не очень-то печалишься из-за Макси.

Патрик медленно покачал головой:

— О нет, я очень опечален. Но меня также печалит тот факт, что вы приходите ко мне домой без предупреждения, выставляете меня идиотом в глазах соседей и у вас хватает наглости спрашивать, где я был в день смерти моего лучшего друга, как будто я имею к этому какое-то отношение. — Он снова покачал головой и повернулся к Тиффани.