Джеймс, прищурившись, посмотрел на нее.

– Так что же тебе рассказал мой отец о матери?

Внимание, Линда! – предостерегла она сама себя. Джеймс становился очень чувствительным, когда речь заходила о его матери.

– Как я поняла, они были очень разными…

– Разными?! – презрительно отозвался Джеймс. – Мой отец продолжал вколачивать в мать добродетели его святой Гвендолайн до тех пор, пока она не была сыта ими по горло.

Линда и сама предполагала что-то вроде этого. Скорее всего, Майклу вообще не стоило жениться, пока он любил свою первую жену. И поэтому Сандра, выйдя за него, оказалась в ужасном положении. Но в то же время настраивать своего сына против семьи и заводить любовников, несомненно, не выход из положения. Теперь ей стало ясно, почему Джеймс так бурно реагировал, когда она подумала о Стиве после их близости. Хотел того Джеймс или нет, но поведение матери сильно сказалось на его характере.

Наверняка правда о прошлом лежала где-то посередине. И он, и Майкл были правы лишь отчасти.

Она кивнула.

– Я уверена, они достаточно скоро признали, что совершили ошибку…

– Мой отец признал, что он совершил ошибку?! – невесело усмехнулся Джеймс. – Плохо же ты его знаешь!

Она и не претендовала на то, что хорошо знает Майкла. За все время их знакомства сегодняшний разговор был самым продолжительным и доверительным. И из него она поняла: несмотря ни на что в прошлом, Майкл любил своего младшего сына так же сильно, как и Стива. Их натянутые отношения причиняли ему боль на протяжении всех этих лет. Боль, которую Джеймс не мог полностью понять.

– А я и не претендую на это, – мягко согласилась она. – Я только знаю, он очень хочет, чтобы отношения между вами складывались иначе…

– И именно поэтому он однажды даже попытался отрицать, что является моим отцом? – с неприязнью спросил Джеймс.

Линда нахмурилась. Она вспомнила рассказ Майкла. Ведь именно Сандра заявила суду, что Майкл – не отец Джеймса, пытаясь таким образом решить дело в свою пользу. Сандре нельзя было говорить об этом Джеймсу. Она, конечно, хотела внушить сыну, что она права. Внушить на всю жизнь. Что же за мать была Сандра Трентон?!

– И все же опеку над тобой взял именно он, Джеймс, – мягко напомнила Линда. И по его побледневшему лицу увидела, он прекрасно понимал, насколько необычно, когда одинокий мужчина берет опеку над чужим ребенком. Тем более что у него был сын.

– Да, – резко согласился он. – После того как ему доказали, что он мой отец, он не мог позволить мне остаться с матерью, хотя я ему был не нужен. – Он покачал головой. – Сейчас он, возможно, производит впечатление безобидного и одинокого старого человека, но тогда он не был таким, – с горечью сказал он.

– Почему же тогда на протяжении многих лет она тобою не интересовалась, словно тебя вовсе не было на свете?

– Отец сделал так, что у нее не было возможности встречаться со мной, – защищал он свою мать.

Да, Сандра Трентон хорошо «воспитала» сыночка.

– Ты говорил когда-нибудь об этом с отцом, Джеймс? – нахмурившись, спросила она.

– Разговаривать с ним? – Он принялся мерить шагами комнату. – Что бы это дало? Мне бы просто пришлось выслушать ту ложь, которую ты узнала сегодня, – усмехнулся он. – Какая же ты легковерная, Линда! Вот уж не ожидал.

Да, ему проще верить, что все женщины такие же непостоянные, как Салли. Конечно, за исключением его матери. Хотя именно она сформировала у него недоверие к женской честности. Если бы она вела себя иначе, то, возможно, он не реагировал бы так бурно на измену Салли, а воспринял бы ее как одну из небольших жизненных невзгод.