— Ты заказал мне Леона… — выдыхает Тея. — Заставил поверить, что вылечишь Анну.

— Тогда ты еще считала ее своей матерью, — самодовольно ухмыляется Артур. — Наивная глупая девочка, готовая пойти на все, чтобы спасти женщину, годами внедряющую в твой неокрепший ум нужные мне мысли и идеи. Не в одиночку, разумеется. Ваш семейный доктор Игорь Морозов — один из лучших гипнологов в мире. Был одним из лучших…

— Ты убил Чжоу Шина? — цежу сквозь стиснутые зубы, замечая шевеление под черной тканью, накинутой на огромный стол, над которым покачиваются босые ступни Алатеи.

— Он слишком много знал, — мерзко смеется Артур, разводя руками. — Боюсь, Шин не смог бы держать язык за зубами, если бы все-таки нанес тебе визит. Мы оба знаем, что ты обладаешь особым методом извлечения информации. Меандр был сущей безделицей по сравнению с меадоном. Должен признать, что твои разработки гениальны, брат. Сколько лет ты потратил, чтобы добиться успеха?

— Отпусти мою жену, и я подробно расскажу тебе о каждом этапе, — сдержанным тоном перехожу к торгам.

— Которую из твоих жен я должен отпустить? — насмешливо уточняет Артур, чувствуя себя абсолютным хозяином положения. — Одна уже мертва, а две другие полностью в моей власти, — с этими словами, он сдергает темное покрывало. Растревоженные змеи, кишащие в длинных открытых емкостях, с шипением расползаются по сторонам, свисая уродливыми гроздьями со стола. Это самое омерзительное пиршество в моей жизни. Стол буквально ломится под тяжестью извивающихся скользких чешуйчатых тел.

— Тея, замри. Не шевелись, чтобы не происходило, — твёрдым командным тоном бросаю я, заметив, как одна из змей обивается вокруг лодыжки, задергавшейся в ужасе Алатеи.

Она послушно расслабляет ноги, и черная гадина соскальзывает в шипящий клубок. Физически чувствую, как Тея облегчённо выдыхает, и только после этого делаю глубокий вдох. Питон улавливает движение, дернув плоской сплющенной головой в мою сторону, но в последний момент перед атакой отвлекается на выскользнувшую из-за спины Артура женскую фигуру. Я был слишком сосредоточен на Тее и сетчатом питоне, чтобы заметить ее появление.

— Здравствуй, Леон, — тихий мелодичный и до боли знакомый голос разносится в агрессивно шипящей тишине.

— Ми…это ты? Это, правда, ты? — потеряв дар речи, окидываю взглядом стройный силуэт.

Пепельно-белые волосы собраны в высокую причёску, длинная шея и изящные плечи полностью открыты. Королевская осанка, аристократические черты, высокие скулы, фарфоровая кожа и плотно сжатые полные губы. Ни следов пыток, ни застарелых шрамов, ни каких-либо еще свидетельств измывательств Артура. Ее лицо… Боже, оно почти не изменилось, только отрешенное неживое выражение и потухшие глаза выдают возраст. Она прекрасна, как и раньше, но это лишь оболочка, внутри которой змеится черная пустота. Мое сердце сбоит, обливаясь кровью, изнывая от чувства вины, узнавая и признавая в этой холодной красивой женщине ту, что когда-то безрассудно любил. Любил больше жизни и после самой жизни, что, как я считал, оборвалась по моей вине.

— Я не надеялась снова тебя увидеть, — Эмили проводит тонкими пальцами по светлым волосам, убирая за ухо выпавший локон. Инстинктивно сжимаю в кармане стеклянный шар — символ нашей любви и пережитой боли. Нагревшись в ладони, он становится почти горячим, как кровь, закипающая в моих венах. Аквамариновые глаза Ми что-то настойчиво ищут на моем лице. Возможно, ответ на вопрос: остался ли хотя бы один призрачный шанс для нас двоих?

— Мне так жаль, Ми, — тихо говорю я, первым отводя взор.