Время замирает. Звуки даже исчезают. Три с половиной года я ждала этих слов. Таких простых, как: «люблю», «любимая», «единственная». Может быть, я сплю?

Это место подозрительно сильно похоже на рай.

Я даже теряюсь с ответом, не находя в себе силы повернуть язык. Только жмусь к нему, со всей лаской и любовью, что берегу для него внутри.

— Пришло время придумать новую клятву. Нашу клятву, — продолжает Леон, и я едва ли не задыхаюсь, когда он замахивается и кидает шар в море. Он превращается в круг на воде, а после — навсегда исчезает.

— Давай, — наконец, обретаю способность говорить я. — Какую?

— «Семья — это там, где тебя любят», однажды сказала ты, но для меня эти слова ничего не значили. При всей моей обширной родословной, семьи у меня никогда не было. И целого мира не хватит… я вдруг понял, что даже гребаный земной шар не имеет никакого значения, если ты один.

— Ты запомнил… мои слова, — до сих пор удивляюсь, как много информации способен запоминать его мозг.

Остаться без памяти — точно не про Леона.

— А теперь ты запомни мои, — он вновь поддевает мой подбородок привычным жестом, чтобы заглянуть в глаза, в самую глубину моей души, которую отпустили последние страхи и сомнения. — С тобой я ее обрел. Ты — моя семья, Тея.

— А ты моя, — клянусь в ответ я, прижимая ладони к его сердцу.

Конец