Изменить размер шрифта - +

Не допускает сближения с неинтересным и не соответствующим определенным требованиям партнером. Ищет встреч и переживаний, которые могли бы его захватить, вызвать у него необычайную активность.

 

 

Норм-фактор: 1

Потребность чувствовать себя «причиной» и иметь как можно более широкую сферу влияния делают его беспокойным и суетливым. Движим надеждами и ожиданиями, попытки распространить свою деятельность слишком далеко приводят к распылению сил.

 

Норм-фактор: 1

Чувствует себя утомленным и неспособным на какие-либо усилия для достижения своих целей. Считает, что им пренебрегают. Ему не хватает теплой привязанности, ситуация кажется недостаточно безопасной. Он считает, что окружающие ввергают его в слишком большое количество проблем.

 

Ищет прочной опоры, дающей спокойствие безопасности. Стремится к разрядке в идиллически гармоничных отношениях. Считает, что только они могут дать ему возможность почувствовать удовлетворенность. Но такие отношения всего лишь результат его иллюзий.

Чем дольше Юрий Дмитриевич вчитывался в путаный, внешне нескладный текст, он находил все больше подтверждений собственным наблюдениям. За непонятными выражениями скрывалась безрадостная картина одиночества и постоянного страха. За себя, за сына. Несчастная, забитая постоянным преследованием мужа женщина не в силах была противостоять ужасам окружающего ее мира. Отсутствие близких друзей и подруг не оставляло для Марии ни малейших шансов спастись.

Психопатологически: страх перед разочарованием, депрессивное состояние.

Психогенные мотивы: страх перед внутренним одиночеством, иллюзорное ожидание блага, счастья.

 

Психогенные мотивы: неудовлетворенное притязание на приятное обращение определенного лица: на любовь; страх быть обойденным, страх перед лишениями.

 

Психопатологически: функциональная перегрузка, истощение, депрессивная оборона.

 

Психопатологически: страх перед разочарованием, аффективное стремление к деятельности, заторможенность и чрезмерное раздражение.

Психогенные мотивы: иллюзорное ожидание блага, счастья; страх быть обойденным, страх перед лишениями.

Оставалось лишь только удивляться, как, находясь в таком состоянии, бедная женщина сохранила рассудок. Теперь он был абсолютно уверен – Марию необходимо спасать!

– Ты собираешься еще встречаться с ней? – спросил он.

– Да, сегодня вечером. Глеб останется на воскресенье с детьми здесь, а у меня дела и встреча с Марией, – ответила Алена, глядя на язычки огня.

 

«Вот гаденыш! Как же он, паскудник, хочет добраться до моей Марии!» – мелькнула мысль, и Виталий едва сдержался, чтобы не ударить в крыло соперника, но до обрыва оставались уже считаные метры. Он затормозил, когда кромка уже была видна прямо перед кургузым капотом. Резко бросил руль влево и с ужасом понял, что «шестерка» практически неуправляема. Машину боком несло к обрыву. Казалось, нет такой силы, что способна остановить неуправляемое, безудержное скольжение. Окатанный гравий оказался пострашнее льда. Машина скользила по нему как по шарикам. С оглушительным воем вращались задние колеса, не в силах найти хоть какой-нибудь опоры.

Виталия спасло чудо. В последний момент «шестерка» поймала дорогу и ее, будто из катапульты, швырнуло вперед на укатанное полотно. Очень осторожно притормозив, Виталий остановил пыльные «жигули». Пошатываясь от напряжения, он вышел и зашагал к тому месту, где исчезла Валькина «шестерка». Вспоротый колесами гравий, длинная, в несколько метров полоса пролитой тормозной жидкости, след от скольжения… Грамотно подрезанный тормозной шланг лопнул именно в тот момент, когда было нужно. Обрыв. Далеко внизу смятое синее железо.

Быстрый переход