В понедельник после обеда Фрэнк Лонг выбрался на свет божий. К этому времени он уже получил у местных остряков кличку Боров. Неизвестно, кто первый пустил ее в оборот, но Бад Блэкуэлл позднее утверждал, что он. Может, так оно и было! Потому что Бад Блэкуэлл назвал Фрэнка Лонга Боровом в лицо.

Бад, его брат Реймонд и Вирджил Уортман стояли на углу возле отеля. Может, они даже поджидали Лонга. Правда, он сам подошел к ним и заговорил первым. Спросил, беседовал ли с ними мистер Бэйлор.

– О чем? – поинтересовался Вирджил Уортман.

– Раз спрашиваешь, значит, не беседовал, – сказал Лонг. – Придется тогда самому.

– Тут вот какое дело, – задумчиво произнес Бад Блэкуэлл. – Думаю, не совсем прилично стоять тут с вами и разговаривать. Говорят, с кем поведешься, от того и наберешься.

– Между прочим, разговаривать с вами я не собираюсь, – отрезал Лонг. – Прочистите уши и слушайте.

Бад Блэкуэлл бросил взгляд на своего брата.

– Знаешь, кто перед нами? – спросил он. – Перед нами грязный Боров, просто кто-то вчера вечером либо сегодня утром окатил его из шланга и смыл всю грязь и глину, в которой он обожает барахтаться.

Фрэнк Лонг без предупреждения врезал ему в челюсть. Может, Бад и удержался бы на ногах, но споткнулся о бордюр и рухнул, но тут же вскочил, вытирая ладони о рубаху. Затем полез в задний карман брюк, вытащил складной нож с костяной ручкой, поднес нож к лицу и зубами вытащил лезвие.

– Давай, давай! – кивнул Лонг. – Я имею право застрелить тебя за нападение на официальное лицо при исполнении служебных обязанностей! С кулаками куда ни шло, но, предупреждаю, откроешь нож, смотри у меня! А коли вмешаются твои дружки, тогда им придется туго. Достану свою Милашку... – Лонг похлопал по карману нового пиджака.

Бад Блэкуэлл был не из тех, кто откладывает на завтра то, что можно сделать сегодня. Доходило ли дело до ножей, ружей или драки на кулаках, болтать попусту он тоже не любил.

Передав за спиной нож брату Реймонду, он пошел на Фрэнка Лонга.

Тот спокойно ждал, встав в стойку. У Лонга было преимущество – он был высокий, и у него были длинные руки. Он сразу нанес Баду мощный удар левой в челюсть и добавил правой в скулу. Потом он с легкостью отразил пару беспорядочных свингов в плечо и предплечье и перешел в нападение. Лонг методично молотил Бада правой и остановился, когда Бад снова упал. На сей раз он не поднялся.

Фрэнк Лонг ждал, пока Реймонд и Вирджил Уортманы осмотрят Бада, потом дал им время подумать – драться ли им, в свою очередь, с Лонгом, или, подхватив Бада под белы руки, убраться восвояси.

Похоже, они так ничего и не надумали, потому как не произнесли ни слова и даже не двинулись с места.

– Когда этот придурок поднимется, – сказал Лонг, – забирайте его и отправляйтесь к шерифу Бэйлору. Послушайте, что он вам скажет, а я уже наговорился досыта.

Вообще-то Лонг вышел пройтись. Возможно, прогуляться по главной улице. Может, заглянуть в кафе перекусить. Однако теперь он переменил решение и вернулся в отель. Нет смысла дальше тянуть резину. Все! Терпение у него лопнуло. Раз эти неотесанные мужланы сделали попытку его припугнуть, пора переходить от слов к делу. Настало время поучить их уму-разуму. Расколошматит он тут все самогонные аппараты, а если понадобится, разобьет пару-тройку тупых голов.

Поднявшись к себе в номер, Фрэнк Лонг снял шляпу, пиджак и сел на кровать. Пистолет он положил на ночной столик. Потом он закурил сигару и снял трубку телефона.

Эти провинциальные придурки встали на тропу войны? Пожалуйста!.. Он им задаст – мало не покажется.

Когда телефонистка ответила, он попросил соединить его с Франкфортом, назвал номер директора управления по надзору за соблюдением "сухого закона".