Это, естественно, не женщина. Это был он сам, Лоулер из далекого прошлого, Лоулер с острова Сорве, менявший любовниц и не утруждавший себя долгими размышлениями. Но теперь он стал другим или, по крайней мере, ему так хотелось думать о себе.

Ночью до Вальбена донеслись приглушенные крики, звуки возни и ударов. Это в соседней каюте Делагард разбирался и выяснял отношения со своей Лис. Не впервые, далеко не впервые… Но на сей раз ссора происходила намного громче и ожесточеннее.

Утром, когда Лоулер спустился в камбуз на завтрак, Никлаус стояла, склонившись над плитой, чтобы скрыть свое лицо. Со стороны оно казалось немного опухшим, но когда она повернулась, Вальбен увидел желтый синяк на щеке и еще одни – под глазом. Губы тоже разбиты и распухли.

– Я могу вам чем‑нибудь помочь? – поинтересовался доктор.

– Переживем.

– Я слышал ночью шум… Как это отвратительно!

– Просто упала с койки, вот и все.

– Ага… И с грохотом каталась по каюте в течение пяти или десяти минут с криками и проклятиями? А Нид, поднимая вас, тоже почему‑то не обошелся без ругани? Ладно, Лис, перестаньте водить меня за нос.

Она холодно и мрачно взглянула на него. Казалось, еще мгновение – и Никлаус расплачется. Никогда прежде ему не приходилось видеть упрямую и хамоватую Лис на грани срыва.

Лоулер тихо произнес:

– Завтрак подождет… Нужно промыть этот порез и смазать синяки.

– Док, я привыкла к таким «подаркам».

– Он часто бьет вас?

– Частенько.

– Никому не позволено избивать другого человека, Лис. Подобные обычаи ушли в прошлое вместе с временами пещерных людей.

– Лучше скажите об этом Ниду.

– Если хотите, могу и сказать.

В глазах Никлаус промелькнула тень страха.

– Нет! Ради всего святого, не говорите ему ни слова, док! Он убьет меня!

– Вы на самом деле его боитесь?

– А вы разве не боитесь его?

– Нет. С какой стати? – ответил Лоулер, искренне удивляясь.

– Что ж, может быть… Но это же – вы, а я считаю, что еще легко отделалась. Мне «посчастливилось» сделать кое‑что, что очень не понравилось Ниду, ну, и… он поучил меня правильному поведению. Делагард жестокий мужик… Прошлой ночью мне показалось, он убьет меня.

– В следующий раз позовите на помощь… или постучите в стену каюты.

– Следующего не будет. Теперь я буду вести себя хорошо. Учтите, говорю вполне серьезно.

– Вы до такой степени его боитесь?

– Док, я люблю Нида. Вы верите мне? Я люблю эту грязную скотину. Если он не хочет, чтобы я гуляла на стороне, – не буду гулять! Делагард для меня важнее.

– Даже несмотря на побои?

– Это только доказывает, что я для него – не пустое место.

– Вы шутите, Лис?

– Нисколечко.

Лоулер покачал головой.

– Господи! Вы вся в синяках от его «ласки» и все‑таки пытаетесь утверждать, что это, – он указал на синяки, – доказательство его любви к вам.

– Вы ничего не понимаете, док, – сказала Никлаус. – Вам никогда не приходилось так любить, потому что вы не способны на такие поступки.