– Что это? – спросил он. Трис приподнялся на цыпочках.

– Боже святый! – сказал он и резко крутанул руль влево. – Этот подонок проломит нам днище!

– Риф?

– Конечно. Мы уже в третьей гряде.

Трис направил нос к берегу и выключил двигатель. Лодка продолжала двигаться, затем окончательно встала, даже почти не покачиваясь. Трис вспрыгнул на планшир и прошел вперед.

– Ни ветра, ни волн, ничего. Один крюк должен держать нас здесь. – Он бросил якорь за борт и пропускал цепь через руки, пока она не легла без натяжения на дно. Он дважды дернул цепь, чтобы закрепить якорь в коралле, и привязал ее к переднему клину. – Давайте одеваться.

В сопровождении собаки они прошли к кормовой части, в кокпит. Пока Сандерс привинчивал регулятор к баллону, повернувшись к лунному свету, чтобы удостовериться, что крутит в нужном направлении, Трис спустился вниз. Он перебросил два черных неопреновых костюма – сапоги, брюки, жакеты, капюшоны – через люк на палубу.

– Неужели вода такая холодная? – спросил Сандерс.

– Нет, но о скалы ночью можно ободрать кожу. Коснетесь чего-нибудь невидимого и испытаете ощущения не из приятных.

Трис снова нырнул вниз и вернулся, неся в одной руке металлический сейф, а в другой – большой батарейный фонарь в кожухе для подводных работ. Он показал Сандерсу переключатель света на фонаре и сказал:

– Мы будем пользоваться им лишь в случае крайней необходимости. Он мощный, как настоящий маяк.

– А как же мы будем видеть?

– Я буду видеть. – Трис указал на сейф. – Держитесь ближе ко мне. – Он открыл сейф. Внутри на резиновой подушке лежали маска и фонарь-вспышка в виде ручного пистолета. – Инфракрасные лучи. С их помощью я смогу найти тот маркер, который вы оставили на месте находки.

Они оделись и сели на край правого борта.

– Посмотрите на часы, – сказал Трис. – Через полчаса вы подниметесь на поверхность, независимо от того, сколько воздуха у вас в запасе. Не хотелось бы остаться без воздуха ночью. Там, внизу, может быть течение, и скажу вам; вы не испытаете ни малейшего удовольствия, если придется проплыть пять сотен ярдов обратно, пытаясь выдавливать воздух из пустого баллона.

Трис наклонился, нашел ракетку для пинг-понга и засунул ее под свой пояс с тяжестями. Собака виляла хвостом и нюхала ласты Триса.

– Стереги лодку, Шарлотта. – Он погладил собаку и взглянул на Сандерса: – Готовы? Мы опустимся вместе. Когда коснемся дна, включите свет и разведайте обстановку вокруг себя. Сделайте это максимально быстро. Как только заметите что-нибудь знакомое и поймете, где мы находимся, выключите свет и направляйтесь к этому месту. Если мне повезет с этим, – он приподнял ящик с инфракрасным фонарем, – нам не придется использовать свет слишком часто.

– Почему вы думаете, что кто-то будет следить за нами?

– Есть шанс, что никто не будет. Но не обязательно раздавать гравированные приглашения.

Трис вставил в рот загубник и просигнализировал, выставив вверх большой палец. Сандерс повторил тот же жест, и они перекатились через борт в воду.

Под поверхностью была полная тьма. Не просто отсутствие света – это была густая, обволакивающая чернота, абсолютный мрак. Глаза Сандерса были открыты, но он ничего не видел: ни пузырьков, выделявшихся при дыхании, ни кольца вокруг лицевой полоски своей маски, ни пальца в дюйме от лица. На секунду ему подумалось, что он внезапно полностью ослеп. Вода струилась вокруг носа. Он наклонил голову, чтобы очистить маску, нажимая пальцами на верхнюю часть ее стекла и выдыхая через нос, и наконец увидел застывшие иголочные точки света – отражения звезд на поверхности воды.