Она поспешно подставила собственные руки, и он опустил в них… котенка.

Живого.

Сам поразился, не говоря уж о монтальватке, которая от изумления его чуть не выронила.

Котенок этот – рыженький, гладкошерстный – в считанные секунды у всех на глазах вырос и превратился во взрослого кота, крепкого и поджарого.

Встряхнулся, опробовал голос, сказав достойным уважения басом:

– М-мау!

А потом вздыбил загривок и зарычал на Ферруса.

* * *

Проигрывать тот, к счастью, и в самом деле умел.

В бешенство впадать не стал и не выказал ни удивления при виде столь, казалось бы, невероятного преображения бывшего цветочного горшка, ни даже разочарования своим проигрышем.

Только и спросил сквозь зубы:

– Как вам это удалось, капитан?

Кароль широко улыбнулся.

– Секрет фирмы. «Хиббит и компания». Который, с вашего позволения, я оставлю при себе!

Демон смерил его с ног до головы своим невыразительным взглядом.

– Я думаю, – сказал, – что это не конец. Кое-кто, как говорится, троицу любит… и значит, третья встреча нам суждена. Еще сыграем.

– Возможно, – сдержанно кивнул капитан. – А пока – игра окончена, и нам, уж извините, пора!

– Свободны, – равнодушно сказал Феррус.

Повел рукой и…

Кабинет его и сам он исчезли.

Все остальные оказались вдруг стоящими в чистом поле, под черным небом, возле каменной стены, уходившей в обе стороны в бесконечность.

Указывая выход, в ней светился большой прямоугольный проем.

А за ним видна была знакомая комната, заваленная упавшими с полок книгами и страшноватыми сувенирами из прошлой, черной жизни Идали Хиббита. Его кабинет на этот раз…

Они поспешили туда войти, один за другим, только Диона Физер немного задержалась, пересчитывая по головам неприкаянных духов, тоже оказавшихся здесь, но видимых сейчас ей одной, и пропустила их на всякий случай вперед.

Потом вошла и сама, и проем закрылся.

Для Идали Хиббита – навсегда.

Глава 19

В то, что все уже позади, верилось с трудом.

Мирная знакомая обстановка мнилась умело сработанной иллюзией, каждый шорох заставлял вздрагивать. Сердце колотилось, и в то же время ноги подгибались от облегчения – даже у него, человека по роду службы привычного, казалось бы, ко всяческим опасным и фантасмагорическим переделкам, – и капитан Хиббит, едва подумав о том, как могут чувствовать себя сейчас остальные, торопливо вынул из кармана свою заветную фляжку.

– Коньячку? – спросил, глянув на Диону Физер, вид у которой тоже был все еще несколько ошалелый.

– Пожалуй, – ответила она после паузы, как будто не сразу сообразив, о чем речь. – Капельку.

Клементина дважды щелкнула пальцами.

Со стола в гостиной исчезли ковшик и чашки с недопитым кофе, оставшиеся здесь забытыми после похищения хозяйки дома, а взамен явились блюдо с фруктами, сырная тарелка и коньячные бокалы. Восемь штук.

– Думаю, никто не откажется, – улыбнулась она Каролю.

Идали сел за стол, подтянул к себе пепельницу, положил в нее скомканную бумагу – договор своего младшего брата с демоном – и прозаически подпалил ее зажигалкой.

Через несколько секунд она превратилась в золу, и, дождавшись этого, Кароль начал разливать коньяк по бокалам.

– Катти, Пиви! – позвал. – Прошу к столу.

Те сидели на ковре посреди комнаты и в четыре руки тискали рыжего кота.