Изменить размер шрифта - +
Михаил приготовил специи и принес несколько трехлитровок с вином. По его мнению, это и был самый лучший маринад. Мужики молча смотрели, как белое вино выливается на куски говядины. Никто в процессе не промолвил ни слова, женщины же откровенно посмеивались.

Еще одну остановку сделали перед Устюжной на заправке. Топливо было, поэтому здесь и решили заправиться под пробку, чтобы не трогать лишний раз НЗ. Михайловы быстро запустили генератор, подключили его к заправочному насосу и процесс пошел. Первым заправили разведчиков и «мародерщиков», затем отправили их в город, искать продовольствие. За ними следом ушел грузовик и вахтовка. Устюжна вымерла, на звуки техники и призывы никто не вышел. Люди выгребли первые, попавшиеся по пути магазины, и снова садились в транспорт. Михаилу понравился этот тихий городок, с его занятными коваными скульптурами. Наверное, здесь хорошо было в то время летом.

Дальше шли без остановок. Сначала пошла неплохая бетонка, затем несколько километров откровенно дерьмовой дороги, потом появились отремонтированные участки. Вокруг расстилались заброшенные по большей части поля, заросшие борщевиком обочины, полумертвые деревушки, покосившиеся старые церкви. Иногда пейзаж оживлялся рабочими поселками, где до Катастрофы еще теплилась жизнь, осложняя сейчас проезд. В Бежецке привлекло внимание старинное здание с классическими скульптурами на фронтоне. Михаил также попросил остановиться у памятника Анне Ахматовой, Николаю И Льву Гумилёвым. Он еще подумал, что произошел настоящий конец света, а эти великие люди останутся здесь надолго. Ближе к Твери деревушки начали смотреться живее, видимо, дома использовали в качестве дач, появились засаженные картофельные поля, обихоженные луга, автомобили на дороге, скорость каравана тут же снизилась. Опять приходилось объезжать вставшую на проезжей части технику. Около одной деревушки долго искали объезд, она еще тлела после недавнего пожара.

Перед пригородами областного центра сделали обеденный привал. Михаил воспользовался остановкой и туту же пошел к семье, им так редко теперь приходилось видеться. Они, наконец, все сидели вместе, жевали бутерброды, овощи, пили чай с пряниками. Нина рассказала о состоянии раненой Маши, о планах их импровизированной амбулатории. Петька с Артемом пропадал у Каменевых. Они составляли собственную информационную базу, затем раскидывали полученные данные по запасным винтам и вносили все в общий каталогизатор. По вечерам ребята занимались распечаткой самой «горячей» информации и пытались делать брошюры. Петька передал просьбу Максима найти по пути какой-нибудь офисный магазин. Нужны были запасные картриджи и бумага, а лучше всего найти цифровую типографию и добыть профессиональные инструменты для обработки книг. Всё-таки печатная продукция более долговечна, чем компьютерная техника. Михаил обещал подумать и записал себе пометку в рабочий блокнот.

Огнейка взяла опеку над найденышами Николая. Она подружилась с Алёной и следила за ней и братом пока взрослые были заняты. Михаилу показалось, что его дети за эти дни здорово повзрослели. Он был рад этому обстоятельству, что все заняты делом, не ноют и не плачут. Потом пришёл черед подарков: Нине он припас стильные солнцезащитные очки, свои жена забыла дома, Петру отдал американский складной нож в пластиковом чехле и показал, как его закрепить на ремне. Огнейке же достался небольшой и удобный бинокль. Она была девочка глазастой, а лишний наблюдатель в караване никогда не помешает. Михаил посетовал, что редко вот так получается просто посидеть по-семейному, все дела помеха, но дети в ответ дружно заявили, что все понимают и гордятся им. Выпив ещё кружку чаю, Бойкич встал, попрощался со своими и двинулся в голову колонны.

По пути он здоровался со всеми встречными, спрашивал, как дела, есть ли у кого проблемы. К его радости большинство людей находилось в бодром настроении. С оружием никто уже не расставался, да и держать его даже женщины стали как-то уверенней.

Быстрый переход