— Нам жаль, что вам снова приходится проходить через все это, мистер Дион, — произнесла Джейн. — Я вижу, как тяжело это для вас.

— Тем более что это так тесно связано с… другим событием… — Он замолчал, его плечи поникли. — Полагаю, вы знаете о моей дочери.

Джейн кивнула.

— Я говорила о Шарлотте с детективом Бакхольцом.

Одно только упоминание имени дочери заставило его лицо скривиться от боли.

— Смерть Дины было трудно пережить. Но ничто не сравнится с потерей ребенка. Мое единственное дитя. Эти послания и то объявление в газете, они вернули все назад. Вот это действительно больно, детектив. Вот почему я хочу это остановить.

— Сделаю все, что смогу, мистер Дион.

Несмотря на то, что они уже обменялись рукопожатиями, он еще раз пожал руку Джейн. Это прощание сделало ее подавленной и тихой, пока она и Фрост возвращались к своей машине. Она открыла дверцу машины, но внутрь не села. Вместо этого Джейн уставилась на лужайку, деревья и садовые дорожки, ведущие к глубоким полуденным теням. Он владеет всем этим, но у него ничего нет, думала она, и это заметно по его лицу. По опущенным уголкам рта, по впадинам под его глазами. Девятнадцать лет спустя, призрак дочери по-прежнему преследовал Патрика, как было бы и с любым другим родителем. Иметь ребенка означает навсегда отдать ему свое сердце.

— Детективы?

Джейн обернулась и увидела миссис Гилмор, спускавшуюся с крыльца. Она подошла к ним с мрачной решимостью, ее спина склонилась вниз из-за горба вдовы.

— Я должна кое-что сказать, прежде чем вы уедете. Знаю, Патрик и Марк убеждены, что дело раскрыто. Что не осталось никаких вопросов по поводу произошедшего в ресторане. Но что, если они не правы? Что, если мы действительно не знаем правды?

— Итак, у вас есть сомнения, — подытожила Джейн.

Рот женщины сжался в тонкую линию.

— Я признаю это. Мой сын, Джоуи, не был святым. Я растила его хорошим мальчиком, я и вправду старалась. Но вокруг так много соблазнов, и так легко наткнуться не на тех людей. — Она пристально посмотрела на Джейн. — Вы наверняка знаете, что у Джоуи были неприятности.

— Я в курсе, что он работал на Кевина Донохью.

При упоминании этого имени миссис Гилмор плюнула:

— Кусок дерьма! Весь клан Донохью. Но мой Джоуи, он восхищался властью и любил легкие деньги. Он считал Донохью тем, кто покажет, как всего этого добиться. Но к тому времени, как он понял, о чем идет речь, Джоуи уже не мог уйти. Донохью бы ему не позволил.

— Думаете, он убил вашего сына?

— Об этом я размышляла с самого начала.

— Нет никаких доказательств этого, миссис Гилмор.

Женщина закашлялась, громко и с надрывом.

— Полагаете, Донохью не мог подкупить нескольких копов? Ему под силу прикрыть любое расследование.

— Это серьезное обвинение.

— Я южанка. Я знаю, что происходит в этом городе и знаю, что можно купить за деньги, — ее глаза сузились, взгляд остановился на Джейн. — Уверена, вы тоже это знаете, детектив.

Скрытое обвинение сделало Джейн жесткой.

— Я уделю вашим опасениям внимание, которого они заслуживают, миссис Гилмор, — спокойно ответила она и уселась в машину. Когда она и Фрост отъезжали, Джейн увидела в зеркале заднего вида женщину, все еще стоящую на дороге и пристально глядящую на них.

— Эта женщина, — пробормотала Джейн, — явно не милая старушка.

Фрост издал недоверчивый смешок.

— Она только что обвинила нас во взяточничестве?

— Именно это она и сделала.