— Вы уверены, что мы приехали туда, куда нужно? Довольно странное место! Неужели здесь может работать выпускница привилегированной школы? Вы же говорили, что она — ваша школьная подруга, не так ли?

— Да. Адрес тот. Но, пожалуйста, за мной не приезжайте — здесь недалеко до набережной. К тому же я не знаю, сколько пробуду, когда освобожусь, — произнесла Никола. Она не могла допустить, чтобы Жезина встретилась с Дианой и потом рассказала все Курту, обрисовав ее.

— Как хотите!

Они условились о месте встречи, и Жезина уехала.

Никола нажала на звонок у входа в пансион, дверь открылась, и девушка вошла в слабо освещенный холл. Там в уголке за стойкой в форме полумесяца располагалась регистратура, где и сидела Диана.

— Никола! Я знаю, зачем ты приехала. Антон все мне рассказал, — выпалила Диана. — Ничего из этого не выйдет. Ты меня не уговоришь. Я не вернусь!

Никола огляделась.

— Ты не могла бы на время отпроситься? Может, пойдем к тебе в комнату? Или на улицу?

Диана покачала головой.

— Я не могу отсюда уйти. Мадам сейчас нет. Но мы и здесь можем поговорить. Днем всегда тихо, разве кто придет, чтобы снять комнату… — Она смущенно улыбнулась. — Никола, не знаю, как и благодарить тебя за все, что ты сделала для меня! Когда Антон рассказал мне… Ты понимаешь, о чем я?

— Да! — Никола села в кресло под пальмой в кадке. — И если ты действительно хочешь на добро ответить добром, уговори Антона, чтобы он дал знать Курту, где вы находитесь…

— Нет! — Милое личико Дианы стало жестким. — Даже из благодарности тебе мы не станем раскрываться, пока Курт не убедится в добрых намерениях Антона.

Никола упорно настаивала:

— Сейчас, конечно, слишком поздно тебе появляться в Лозанне: идет конференция и гости принимают меня за тебя. Но ты должна сообщить Курту, что с тобой все в порядке, и в конце концов возвратиться домой. Пора же осознать, что ты поступила с Куртом жестоко, безжалостно. Заставь Антона понять, что с Куртом нужно идти на компромисс. Пожалуйста, Диана!

Диана возражала. Ей уже поздно появляться в Лозанне — они с Антоном будут скрываться от Курта до тех пор, пока сочтут нужным.

— И тебе не важно, что Курт нервничает из-за тебя?

— Важно, конечно, — признала Диана. — Но еще важнее наша с Антоном судьба.

— Не покажи я Курту письмо, которое ты оставила для меня, он бы и сейчас не знал, почему ты сбежала, — настаивала Никола.

— Если бы не было тебя, я бы оставила записку Курту.

— А в какое идиотское положение ты поставила меня, ты подумала?

— Конечно, конечно! — заторопилась Диана. — Поэтому я и послала Антона узнать — помогаешь ли ты Курту? А когда Антон рассказал, какую роль ты на себя взвалила, я не знала, как тебя благодарить! Просто не могу себе представить… Это уж наверняка Курт придумал, не ты. Но ты, хотя и могла отказаться, согласилась! Ради меня?

— Я согласилась только тогда, когда Курт убедил меня: тем самым вы оба будете избавлены от грандиозного скандала по твоей вине! — Говоря так, Никола хотела уйти от признания, что обаяние Курта, его магнетизм сыграли не меньшую роль в ее решении, чем желание выручить Диану. Даже тогда!

Никола развела руками и встала.

— Ну что ж, честно говоря, я надеялась добиться большего, приехав сюда… Ты по-прежнему настаиваешь, полностью доверяя мне, чтобы Курт ничего не знал о твоем местопребывании, так?

Диана кивнула:

— Да.