Нужно дождаться глубокой ночи и незаметно пробраться на улицу. А там останется только поймать такси. Этих денег, если особенно не транжирить, хватит по крайней мере на месяц. В Истхэм она, конечно, не вернется. Можно снять комнатушку где-нибудь в Крейдоне. Оглядеться, устроиться на временную работу, а потом действовать по обстоятельствам. Самое главное, не откладывая, поставить точку в этой истории.

Дороти привела себя в порядок и прилегла на кровать одетой, не снимая покрывала.

Действительно, ничего случайного не бывает. Хорошо, что развязка наступила так быстро. Вот только Аделу очень жаль! Но ничего изменить она уже не в состоянии.

Большие часы внизу пробили полночь. Пора! Девушка накинула жакет и вышла из комнаты. Ей хотелось проститься со спящей девочкой, но это было слишком рискованно.

На лестничной площадке она осторожно включила светильник внизу и начала спускаться.

В холле должен быть запасной ключ. Ингрид сказала, что он хранится в одном из ящиков телефонной тумбочки. Крадучись, девушка сразу же двинулась туда, но внезапно, ослепив ее, вспыхнули разом многочисленные лампочки огромной хрустальной люстры. Дороти застыла на месте, как перепуганный воришка.

Со стороны кабинета к ней приближался Ник. Бледное, осунувшееся лицо, запавшие глаза и еще… резкий запах виски.

— Не знал, сколько мне придется торчать в этой засаде, — безучастно произнес он.

— Я ухожу. Вы не можете удержать меня.

— Не могу, — устало согласился он. — И не буду. Но должен кое-что сказать.

— Не утруждайте себя, — сквозь зубы процедила Дороти. — Я ничего не хочу слушать.

— Вполне естественно. Я вел себя, как скотина. Но только потому, что вы мне не безразличны.

— Это извинение?

Впервые этот человек предстал перед ней таким потерянным, жалким.

— Видит бог… я не посмел бы к вам прикасаться. Но вы… говорили колкости, и я хотел… — Ник беспомощно замолчал. — Черт, ну дать вам урок, что ли, — буркнул он. — В результате, думаю, мы оба кое-чему научились.

Дороти просто остолбенела от такой наглости.

— Вы считаете, что я сама виновата?

— Кончайте прикидываться! В какой-то момент это стало взаимным, согласитесь. Обещаю, повторных экспериментов не будет, — добавил он мрачно.

— Вы… вы первый начали. — Она осеклась, чувствуя, что вплотную подошла к опасной теме.

— Да. Но я же и остановился. Ради нас обоих. Пока еще мог. Как видите, не такой уж я бессердечный негодяй. Хотя признаю, что вы имели право на мою защиту и уважение. А я осрамился по всем пунктам.

— Ну, в этом я с вами согласна, — жестко подвела итог Дороти. — Могу я наконец идти?

— Дайте мне еще минуту. — Ник приблизился к ней вплотную. — Я не могу изменить того, что случилось, или стереть это из вашей памяти. Но если вы вот так уйдете, то не просто накажете меня. Вы травмируете Аделу. Чем провинилась она?

— Я не могу оставаться здесь. — В голосе девушки звучали слезы. — И вы это знаете.

— О, дьявол! Да не будьте вы такой ослицей! Вам что… поклясться? Ну, хотите, я стану перед вами на колени…

— Это уже попахивает мелодрамой, — беспощадно напомнила Дороти, стараясь скрыть предательские слезы. — Придется как-нибудь на досуге вместе посмотреть «Безумие любви». Но запомните, я остаюсь только ради Аделы.

8

РУТИНА! Для Дороти она стала спасительным лекарством.