Воскресный день тянулся бесконечно, и на следующее утро гости уехали. Сабрина, забившись в угол кареты, изредка посматривала в окно. Отец то и дело бросал на нее гневные взгляды.

Когда карета остановилась у парадного подъезда их лондонского дома, Сабрина и Мэри хотели тотчас удалиться к себе, но маркиз преградил им путь наверх.

— Сабрина! — дрожащим от злобы голосом воскликнул он. — Мне надо поговорить с тобой!

То, что маркиз перешел на ты, не предвещало ничего хорошего.

— Я знаю, почему Грэнстон неожиданно охладел к тебе. Только круглая дура могла так неосторожно вести себя и тем самым разрушить все, даже надежду на удачное замужество. Графиня слышала от Грэнстона, что ты любовница Камарея, а ведь я запретил тебе смотреть на него! Черт побери, неужели ты не понимаешь, что этот роман не сулит тебе ничего? Герцог никогда не женится на тебе! Ты провела ночь в его постели, но более ни на что не рассчитывай!

Изумленная Мэри, увидев страдальческое выражение лица Сабрины, задохнулась от жалости к сестре.

— Полагаю, ты не станешь этого отрицать, — злобно продолжал маркиз, — и убеждать меня в своей невинности? Видит Бог, мне придется преподать тебе урок, чего, увы, я никогда не делал в прошлом!

Он потащил Сабрину в комнату, а испуганная Мэри последовала за ними.

Схватив со стола кнут, маркиз высоко поднял его и стегнул им по обнаженному плечу дочери…

Женщина, сидевшая перед Люсьеном, явно нервничала. Ее золотисто-каштановые волосы, точь-в-точь такие же, как у Бланш, чуть тронула седина.

Вы хотите сказать, леди Деланд, что Бланш исчезла? — удивился герцог.

— Она не вернулась с бала у лорда Харриера, милорд.

— Значит, прошло уже четыре дня. Почему же вы не пришли ко мне раньше?

— Я думала, что она у вас… Люсьен покачал головой:

— В тот вечер на балу я получил от Бланш записку. Она извещала меня, что отправится домой в наемном экипаже, поскольку у нее разыгралась мигрень. Я хотел отвезти ее сам, но не нашел. Вы говорите, что домой она не вернулась?

Леди Деланд кивнула.

— Так почему же вы не связались со мной раньше?

Леди Деланд огляделась.

— Так почему же, леди Деланд?

— Я догадалась, что Бланш провела ночь не с вами, поскольку на следующий день после бала вы спросили меня о ее здоровье.

Люсьен насупился.

— Вы тогда же пришли к этому выводу, не правда ли? — сухо осведомился он. — Значит, имели на то основания. Вам, видимо, было известно, что Бланш встречается с каким-то мужчиной.

— Да, милорд, как я поняла со слов приятельниц Бланш, она поддерживала дружеские отношения с вашим кузеном лордом Перси Рэтбурном.

— Перси? — Люсьен изумился и встревожился. — Стало быть, Бланш уехала с бала вместе с Перси?

Леди Деланд заметила гнев в глазах герцога.

— Я очень беспокоюсь, милорд, — призналась она. — Бланш должна была уже давно вернуться, если только…

— Если что? Полагаю, мой титул для нее важнее мимолетного флирта с женатым мужчиной, — с презрением заметил Люсьен.

— Видите ли, милорд, — смущенно пояснила леди Деланд, — Бланш даже не переоделась после бала. Дома ее духи, украшения, даже опиумная настойка, без которой она не может заснуть.

Люсьен задумчиво потер подбородок.

— Вы знаете, что если я не женюсь в конце этой недели, то потеряю имение?

— Да, милорд, но умоляю вас, скажите, как объяснить исчезновение моей дочери?

Люсьен проникся сочувствием к леди Деланд и разозлился на ее дочь.