– Что ты здесь делаешь, малыш? Разве я не дала тебе выходной?

Айрис повернулась и увидела на другой стороне улицы Хелену, которая курила сигарету. У нее подскочило сердце при виде начальницы, живой и здоровой, хотя измученной на вид, с воспаленными глазами. Хелена поспешила к ней, чтобы обнять.

– Не волнуйся, я в порядке, – сказала она, неловко похлопывая Айрис по спине. – И, предупреждая твой вопрос… «Трибуна» тоже уцелела. А как Этти?

Айрис кивнула, борясь с подступающими слезами.

– С ней все хорошо.

– Прекрасно. А теперь, во имя Энвы, что ты здесь делаешь одна и…

Хелена замолчала, услышав выстрелы.

Айрис подскочила и пригнулась, пульс участился. Хелена схватила ее за руку и потащила к куче обломков, чтобы спрятаться.

– Послушай, малыш. – Хелена затоптала сигарету. – Иди домой и оставайся с людьми, которым доверяешь. На улицах небезопасно, и так будет какое-то время. «Кладбище» вылезло из своего логова.

– «Кладбище»? – повторила Айрис. – С чего бы им ходить и стрелять в людей? В такое время, когда мы только что спаслись?

Хелена провела рукой по волосам.

– Потому что канцлер мертв. Бог тоже мертв, если слухи не врут. – Она заметила пятна на одежде Айрис. – Они окружают солдат Дакра, чтобы расправиться с ними.

* * *

Роман с Шейном прошли через портал в верхний мир.

Было темно, но когда Шейн закрыл за ними дверь, Роман разглядел, что они оказались в роскошной спальне. Окна закрывали портьеры от потолка до пола, но узкий луч солнечного света освещал кровать со столбиками и массивное зеркало в золотой раме. Под грязными ботинками Романа лежал роскошный мягкий ковер.

Спальню такого типа могли бы иметь его родители – значит, они с Шейном выбрались где-то к северу от реки, в одном из богатых районов.

– Где мы? – хрипло спросил Роман.

Шейн не ответил. Подойдя к двери, он выскользнул в коридор.

Роман последовал за ним, но в прихожей Шейн резко остановился.

Из комнаты в комнату бегали солдаты. Они переворачивали столы и кресла, старались укрыться везде, где только можно, в том числе за большим пианино. Они держали оружие наготове, лица их были напряжены, как будто они собирались ввязаться в перестрелку.

– Нам нужно отсюда выбираться, – прошептал Шейн, хватая Романа под руку. – Быстро. Обратно к спальне. Здесь небезопасно.

Роман не понимал, что происходит, но чувствовал нарастающее давление, как будто погрузился в самые темные и холодные глубины пруда.

Происходящее напомнило окопы, момент перед огневой атакой.

Мимо него пробежали солдаты Дакра, шипя друг другу приказы. В воздухе витали смятение, растерянность и отчаяние, поэтому Роман так же горел желанием убраться отсюда подальше, как и Шейн. Вдруг он заметил солдата, который сидел на полу у стены и кашлял в рукав.

С его подбородка капала кровь. В глазах блестела боль. По лицу разлилась страшная бледность.

Роман остановился.

Этот влажный кашель был ему знаком, Китт и сам чувствовал во рту его вкус. Роман опустился на колени перед солдатом.

Этот человек был из тех, кто не по своей воле сражался за Дакра, несмотря на униформу, которую носил, и войско, среди которого находился. Этот человек был ранен и чуть не погиб от газа, а потом исцелен настолько, чтобы служить, после того, как Дакр своей магией стер ему воспоминания. Он был таким же, как Роман.

– Оставь его. – В голосе Шейна звучала паника. – У нас нет времени!

Роман не собирался бросать солдата. Он закинул его руку себе на плечо и помог встать.