Айрис наблюдала за всей этой суетой без особого интереса. Мысли ее были далеко, за много километров отсюда, как будто она оставила их в том платяном шкафу. В той странной, освещенной фонарем комнате вместе с Романом.

Когда Тобиас наконец припарковался у дома Люси, Айрис вынырнула из своих грез. Прошло немало времени с тех пор, как она крепко спала или ела нормальную еду. То же самое можно было сказать о Тобиасе и Этти. Усталость и голод запустили в них длинные острые клыки. У них не было времени отдыхать или есть, пока они удирали от гончих и разгневанного бога. Тобиас остановился только в Биттерине, чтобы заправиться бензином и позволить Айрис с Этти прихватить у Лонни Филдинга сэндвичи и термос с кофе, после чего они продолжили путь.

Этти открыла заднюю дверь машины. Айрис вышла за ней, поморщившись, когда ее ноги коснулись мостовой. Она не сознавала, насколько измучена, пока не начала двигаться, разгоняя кровь в онемевших ступнях.

К удивлению Айрис, Люси стояла на крыльце как статуя и смотрела на них. Похоже, она хмурилась, и Айрис собралась с духом, пока сестра Марисоль спускалась по ступенькам и шла к ним. На ней была черная блузка, темно-коричневые брюки и туго зашнурованные скрипучие ботинки.

Айрис приготовилась к взбучке, но морщины на лбу Люси разгладились.

– С вами все хорошо? – ворчливо спросила она.

– Мы живы, – ответила Этти.

Люси молчала, быстро осматривая их голубыми глазами, будто выискивала раны. Она немного задержала взгляд на лице Айрис, и та подавила желание прикоснуться к растрепанным волосам, обожженным солнцем щекам и потрескавшимся губам. Она знала, что выглядит ужасно, и собиралась извиниться за свой внешний вид, но потом Люси произнесла уже мягче:

– Заходите. У меня есть для вас чай и печенье.

* * *

Марисоль с Киган ждали в доме. Они разговаривали за кухонным столом, склонив друг к дружке головы.

Должно быть, Марисоль, в отличие от Люси, не слышала, как парковался родстер, потому что подняла голову и ахнула, когда Тобиас, Этти и Айрис вошли на кухню.

– Вы все целы? – настойчиво спросила она, торопливо вставая. – Киган рассказала, что вы приехали в Хоукшир… а меня заверяли, что не поедете дальше Уинтропа!

Но в словах ее не было возмущения, только облегчение. Марисоль обняла сразу всех троих, собрав их в кучу, как курица цыплят под своими крыльями.

– Мы целы, – заверила Айрис, ненароком встретившись с пронзительным взглядом Киган поверх плеча Марисоль.

Бригадир встала из-за стола, но по-прежнему молчала.

Марисоль резко развернулась. Глаза ее горели.

– Киган, ты сказала, что они едут. Ты говорила, что они в безопасности.

Люси поставила на плиту чайник, но взгляд ее метался туда-сюда, все подмечая.

– Мы же договорились, – спокойно произнесла Киган. Если Марисоль была огнем, то она – водой. – Что случилось?

– Шина лопнула, – ответил Тобиас. – Мы смогли вовремя починить колесо, но солдаты Дакра нас заметили.

Он бросил взгляд на Айрис, не зная, что еще сказать.

От Киган это не укрылось.

– Айрис? – надавила бригадир.

Айрис щелкнула пальцами.

– Дакр спустил на нас гончих.

В кухне воцарилась убийственная тишина. Даже птицы не пели на заднем дворе.

Марисоль приложила руку к горлу, будто чтобы сдержать бешено бьющийся пульс, и наконец вымолвила:

– Гончие? За вами гнались гончие?

– Бексли обогнал их на родстере, – заявила Этти.