Кэйт вздохнула:

— Что он сказал дальше?

— Он говорит: «Бина, мне нужно поговорить с тобой». А я говорю: «Слушаю». А он дальше: «Я совершил большую ошибку, Бина». А я: «Ну и какое мне до этого дело?» Тогда он говорит: «Это Джек». А я говорю… ты только послушай, Кэти. Я говорю: «Какой Джек?» Это правильно?

— Здорово, — похвалила Кэйт.

— И он говорит: «Джек Вайнтрауб». А я: «Ой, а я не поняла. Я думала, это Джек Марко Поло». А он вроде как: «Что?» А я: «Ну, знаешь, тот холостяк, что открыл целый новый мир на Востоке».

Кэйт подумала было поправить Бину, но времени на урок географии и политкорректности не было.

— И он говорит: «Бина, не издевайся надо мной. Ты встречаешься с кем-то другим?» А я говорю: «Что с тобой?» А он говорит: «Теперь я понимаю, что да». А я: «Реши, что тебе нужно, но я знаю правду». А он потом: «Бина, мне правда надо поговорить с тобой». Я говорю: «Ну и что?» А он говорит: «Я знаю, ты, наверно, сердита на меня, и все такое…» А я перебиваю его и говорю: «Скажи, что тебе нужно, потому что я с трудом припоминаю тебя». Эй, Кэти, ты думаешь, он слышал сплетни там, в Японии?

— Он в Гонконге, Бина.

— А это не в Японии?

Кэйт только покачала головой.

— И что было потом?

— Потом все пошло хорошо. Он продолжает: «Мне надо поговорить с тобой». А я говорю: «Разве сейчас ты не говоришь?» И он дальше: «Мне надо поговорить с тобой лицом к лицу». А я: «Это будет непросто, раз ты такой двуличный». А он говорит: «Встречай меня в аэропорту в четверг, Бина. Я прилечу, чтобы увидеть тебя. Пожалуйста, не говори „нет“».

Кэйт ждала. На другом конце было тихо.

— И что же ты ответила? — спросила она запинаясь.

— Я ответила: «Да!» — почти пропела Бина в трубку. — А он говорит: «Мне нужно кое-что сказать тебе и что-то подарить». Разве это не здорово? Как думаешь, не поздно еще позвонить Эллиоту и Брайсу и рассказать им, или мне подождать до завтрашнего утра? Я думаю, если бы не статистика Эллиота, я б никогда… — Она умолкла. — Бог мой, Кэти! Бог мой! Ведь еще же нужно, чтобы Билли бросил меня, чтобы это сработало, верно?

— Брось, Бина, это бессмыслица. Джек позвонил тебе, потому что он любит тебя и скучает по тебе.

— Забудь об этом. Это все благодаря Эллиоту. Если бы я не пошла с Билли…

Кэйт откинула одеяла и вскочила:

— Не будь дурой. Тебе теперь больше ничего не надо делать, только приехать в аэропорт.

— Я позвоню Эллиоту, — сказала Бина. — Мне нужно узнать, сколько я еще должна встречаться с Билли, а потом вы с Эллиотом придумаете, как нам с ним расстаться.

— О, хватит, — возмутилась Кэйт. — Тебе просто надо сказать ему, что все кончено.

— Ну-у, — протянула Бина. Кэйт тем временем шлепала в свою маленькую кухню с телефоном в руке. Она молила Бога, чтобы в холодильнике нашлась хоть одна бутылка пива. — Он же должен порвать со мной, помнишь?

Кэйт открыла холодильник. Его лампочка излучала печальный свет — подходящая иллюминация для одинокой женщины в час ночи после серии роковых разочарований.

— Мне нужно придумать способ, чтобы заставить его бросить меня, Кэти, — продолжала Бина. — И это нужно успеть до четверга, иначе…

За майонезной банкой мелькнула коричневая шейка бутылки «Сэмюэль Адамс».