Братья смотрели на него с некоторым удивлением, даже супруга нетерпеливо повела плечами. Молчание затягивалось, и Николай Егорович ответил, словно в ледяную прорубь погрузился:

– Против.

– Три – за, против – двое, – не удивившись ответу мужа, словно давно зная о мучивших его сомнениях, ответила Анна Сергеевна.

– Я еду в Вологду, – решительно сказал Васильев. – Надо своими глазами посмотреть, тут Бориска прав. Кота в мешке брать не буду.

– Тогда и я с тобой, – жена подошла к нему, и встав за спиной, положила руки на плечи супруга. – Юля останется на хозяйстве, пусть привыкает. А мы погостим у Назаровых. Вы, мужчины, о чем угодно можете разговаривать, но я знаю, как и через кого решаются семейные вопросы. У Никиты две супруги; думаю, найдем, что сказать друг другу.

– Когда Юльку будете пристраивать, торгуйтесь! – хохотнул Борис. – Быть третьей в очереди – не сладкая доля!

– Язык я тебе точно укорочу, – тяжело взглянул на него Николай Егорович. – Или вышвырну из семьи за непотребство! Думай, о чем тарахтишь!

– Да я же люблю племяшку! – немного растерялся родственник. – Хочу, чтобы у нее все хорошо было! Ну, не подумавши брякнул!

– Твой язык всегда поперед мысли бежит, – Тимофей показал огромный кулак чесавшему макушку Борису. – И сразу тебе говорю: пока Николай в Вологде будет решать нашу судьбу, никому не слова! Растрезвонишь по Устюгу семейное дело – лично башку сверну и в Сухону тебя с камнем в ногах! Не шучу, брат!

– Молчу! – совсем расстроился Борис и выставил перед собой руки. – Я же теперь в вашей семье, ответственность несу такую же!

– Смотри ка, умнеть на глазах начал! – изумился Родион и так шарахнул по плечу двоюродного брата своей широченной дланью, что тот едва не упал на пол со стула.

– Ладно, пора заканчивать, – Николай Егорович посмотрел на часы, показывавшие половину восьмого вечера. – Приглашаю к столу поужинать. Не отпускать же вас голодными, братики.

Глава 16

Ретроспектива

Аудиенсия Санта Мартино, 2013 год

Полозов

Где то неподалеку, за стенами бунгало, ставшего временной камерой заключения для Полозова, заунывно тянул грустную мелодию неизвестный певец с бархатным голосом. Его английский был невероятно плох, но сами слова почему то навевали мысли о лучшем будущем. Ну разве можно страдать, когда припев оказался довольно таки бодрым?

– «Я знаю, что мы теперь будем вместе всегда», – пробормотал Олег, машинально переведя простенькую строчку. Слова песни как нельзя лучше характеризовали его настроение. Необъяснимое желание быть вместе с Марией, и понимание, что подобные мысли – всего лишь один из вариантов сбежать с Лусона, а не сердечное томление.

Олег лежал, закинув руки за голову и разглядывал размытое пятно от уличного фонаря на потолке над его кроватью. Оно уже настолько стало привычной деталью ночного интерьера, что потайник не обращал на него внимание. Кисея на окнах рассеивала молочный свет и создавала уют в жилище, а заметно посвежевший ветер с моря здорово холодил обнаженное тело.

Внизу, под террасой, послышался хруст камешков под ногами. Полозов знал, что там прошел охранник, поставленный для надсмотра за русским возле бунгало. Второй должен появиться через три минуты. Их встреча происходит возле западной стены, где расположено крыльцо в жилище. Перекинутся парой слов – и дальше размеренным шагом продолжат бдительно нести службу. Смена караула происходит через два часа. Родриго Ялунг хорошо знает своих подчиненных. Для них вопрос дисциплины – из разряда недосягаемых высот. Дети природы не любят, когда их желания вступают в противоречие с чужой волей.