Жрецы, без суеты, разобрались вокруг машины, приготовив оружие. Один пошагал за переговорщиком. Ильмар хотел вернуться в отсек, но задержался.

Взгляд у него был наметанный, привычка отмечать любую мелочь не раз спасала жизнь. Слева от складских ангаров на территории завода виднелись дома топливных королей. Аккуратные кирпичные, с двускатными шиферными крышами и стеклянными террасами, они стояли в ряд. Последний, дом Сельги Инеса, немного выдавался вперед, фасад покрыт копотью, двери не видать, окна разбиты.

– Что-то не так на заводе, – прошептал Ильмар, скользя взглядом по территории за бетонной оградой. – Что-то случилось…

Почему никто не шастает взад-вперед, в мастерских тишина? Движения нет, нефтяники только в определенных местах стоят и почему-то по трое и с оружием.

Раздавшийся вой сирены заставил Ильмара вздрогнуть. Все люди в Капотне повернули головы в сторону завода. Некоторые из башмачников полезли на броню, чтобы посмотреть сверху, что происходит на его территории.

– Уезжаем, – бросил Ильмар, скрывшись в отсеке.

Он сел за водителем, глядя вперед сквозь железные шторки, заменявшие лобовое стекло.

– Сдавай назад. Съезжай с дороги!

Машины каравана остановились слишком близко друг за другом. «Тевтонец» дернулся, толкнул впереди стоящий. Водила включил заднюю передачу, выкрутил руль и утопил педаль газа в пол. Натужно гудя движком, «тевтонец» поехал наискось, сдвигая и разворачивая тот, что стоял сзади.

Ильмар сжал пальцами спинку сиденья перед собой, напряженно глядя вперед.

Над территорией завода взметнулись фонтаны огня, они вырастали в разных местах, как ожившие гейзеры, подбираясь все ближе к топливным хранилищам.

– Гони! – рявкнул Ильмар.

Водила наконец вырулил между двумя машинами, не переключая скорость, поехал на прямой передаче вдоль замершего на дороге каравана, раскачиваясь на ухабах.

Мелькнула ярчайшая вспышка, Ильмар зажмурился, но тут же открыл глаза. На месте цистерн ширился и рос гигантский оранжевый цветок, плюясь во все стороны яркими брызгами, словно сеял пыльцу. Все, кто стоял перед воротами – монахи, башмачники, нефтяники, – побежали в сторону каравана, спасаясь от огненного вала, покатившего к пустырю. Спустя мгновение их догнал грохот взрывов.

Водила вскрикнул, у Ильмара загудело в голове. Люди спотыкались и падали. Вал ударил в ограду, подпрыгнул и слизал машины башмачников, бараки рабов, палаточные лагеря кланов. Смерть настигала людей раньше огня, раскаленный воздух впереди жаркой волны убивал почти сразу, выжигая легкие, глаза и плавя волосы.

– Гони-и! – заревел Ильмар водиле.

Расширившимися глазами он смотрел поверх его плеча на догонявшую машину огненную стену, сжиравшую все на своем пути…

И тут «тевтонец» вздрогнул, ударившись задним бампером в крутой пригорок. Забуксовал.

– А-а! – вырвалось у Ильмара.

Он заслонился руками, отпрянув в отсек.

Хлопнули, взорвавшись от жара покрышки, водитель истошно завизжал, срывая голос, полуряса на нем задымилась. Языки пламени гибкими лезвиями скользнули сквозь шторки впереди, облизали кабину, пыхнули дымком и… отступили.

Ильмар шумно выдохнул, изо рта вырвались клубы то ли дыма, то ли пара. Водила уронил голову на грудь и повалился на оплавленный руль. Передок «тевтонца» завибрировал, под капотом скрежетнуло, двигатель заглох.

Поднявшись с сиденья, Ильмар распахнул плечом дверцу, жадно вдохнул, перед глазами поплыло, он ступил на подножку и рухнул на выжженный песок.

Глава 18

"Почему в подвале светло?» – подумал Вик, открыв глаза.