Засевшие на гребнях холмов люди могли стрелять не целясь, мутанты падали один за другим, взмахивая руками, роняя щиты и копья, но бегущие следом не останавливались, напирали по склону.

Когда волки почти достигли вершины, Ильмар пустил в ход огнеметы. Яркие струи горючей смеси залили склон, над ложбиной раздался пронзительный визг, его тут же заглушил протяжный вой атакующих. Нескольким мутафагам удалось забежать на холм в том месте, где засел огнеметный расчет. Волки кинулись прямо в оранжевую струю пламени, ударившую сверху, опрокинули стрелка. Скользнув по гребню холма, по людям на позициях, струя из огнемета развернулась к небу. На фланге поднялся рослый пулеметчик и длинной очередью срезал всех без разбора, убив тварей и огнеметный расчет. На вершине полыхнуло, спустя мгновение донесся хлопок взорвавшегося ранца с горючей смесью.

Вик опустился под стеной, обхватил голову руками, сдавил виски. Это неправильно, когда гибнет столько людей и мутантов. Неправильно, потому что Пустошь огромна – земли всем хватит. Большие и маленькие города стоят в руинах – возрождайте, стройте заново, чего еще надо?

Стрельба внезапно стихла, вой атакующих оборвался.

– Отбились, – склонившись у отверстия в стене, сказал Холера. – Сейчас откатятся и заново атакуют.

В углу рядом с лестницей нервно заерзал Бяшка. Вик поднял глаза. Кент звякнул чайником, сняв его с плиты, взял миску с полки, залил подогретой водой, кинув в нее щепотку какого-то порошка и марлю и снова сел на кровать.

– Почему вы так спокойны? – не выдержал Вик, оглядываясь на кетчеров.

Шпага отлип от стены, посмотрел на Холеру.

– Мы давно с командиром, во всяких переделках бывали, – сказал он.

Кент согласно промычал, громила по-прежнему не мог говорить из-за сломанной челюсти.

– Почему они называют тебя командиром? – Вик повернулся к Холере.

– Потому что я последний, кого вместо себя назначил покойный генерал.

– Какой генерал? – Вик ничего не понимал.

– Алекс Кетчер, – сказала Кристин.

Холера с любопытством взглянул на девушку, приосанился, одернув полы шинели.

– Личный адъютант генерала. – Он коснулся двумя пальцами фуражки у виска и коротко кивнул, щелкнув каблуками. – Хьюго Авард, оперативный штаб армии.

– Кристин Инес, – сдержанным тоном произнесла Кристин. – Дочь Сельги Инеса.

– Для меня это честь, – Холера-Хьюго взмахнул рукой, показывая Шпаге, что нужно подняться.

Худой высокий кетчер с узким лицом и оттопыренными ушами вытянулся в струну и отчеканил, как солдат Омеги на построении:

– Капрал Иван Стрелин, личный оруженосец генерала.

Кент тоже встал с кровати и что-то промычал, кривясь от боли.

– Сержант штурмовой роты двенадцатого батальона Серж Панаётов, – перевел мычание громилы Хьюго.

Вик тряхнул головой и пробормотал:

– Ничего не понимаю.

Он всегда думал, что кетчеры – это обычные бандиты. И ни про какого генерала Алекса отродясь не слыхал. А сейчас…

Окинул взглядом комнату. Все устроено по-военному, везде строгий порядок, как в казарме у омеговцев, в которой ему в юности однажды довелось побывать. Отец взял его тогда в поездку за город, надо было купить что-то в поселке у ломщиков камня на Можайском тракте…

Хьюго прошел к столу, снял фуражку, достал табурет и сел напротив Кристин.

– Надеюсь, – он провел рукой перед своим лицом, побитым оспинами земляной лихорадки, – вас не смущает мой вид?

Она покачала головой.

– Знаете, вынужден проводить каждодневные процедуры, чтобы избежать рецидивов.